Боевик стиснул зубы и нырнул глубже. К самому дну. Гарпун нужно найти. Сейчас он — единственный их шанс вернуться на берег. Тело слушалось плохо. Но после нескольких резких гребков стало лучше. В ушах все еще гудело. Хорошо, что они находились под водой. Страшно представить, что произошло бы, если бы удар произошел на открытом воздухе. В сознании Олеж точно бы не остался. И тварь смогла бы уйти. Сожрав заодно весь его запас сил. А восстановление в текущих обстоятельствах — роскошь.
Он плутал между останков города. Приблизился к тому месту, где проходил бой напарника и осьминога. Руками шарил по дну, надеясь, что просто порежется об острое лезвие. И понимая, что время стремительно уходит. Монстр притих. Зазубрены не позволяли избавиться от оружия быстро. Но ничто не длиться вечно...
Еще один короткий рев. Уже более тихий, но внушительный. Маг замер, притаившись за уступом. Теперь он наверняка станет основной добычей. А раз оружия у него нет, остается лишь заманить монстра в место, насыщенное магией. И попытаться спеленать. Хотя бы. Об уничтожении речь уже не идет.
Он осторожно выглянул из укрытия, пытаясь разглядеть осьминога. Но тот каким-то образом сумел спрятаться. Разрывы в магическом поле не позволяли определить его точное положение на столь малом расстоянии. Придется ловить на живца.
Олеж нырнул в проход между двумя ближайшими строениями. Вернулся к тому месту, где остался Брасиян. Тела не было. Мысленно он выругался. И попытался позвать отца. Зов ушел в пустоту. Проклятая тварь не давала создать даже столь простые заклинания. И где ему теперь искать напарника?
Вопрос отпал сам собой, когда мощное щупальце рухнуло рядом, пытаясь дотянуться до него. Боевик, повинуясь чутью, в последний момент успел отплыть в сторону. Обернулся. Убедился, что монстр смотрит прямо на него, и бросился петлять в лабиринте скал, держа направление к нужному месту. Тварь издала очередной рев, наполненный гневом, и, судя по звукам, кинулась следом.
Он плыл, едва успевая сворачивать в непривычно узкие проходы и хаотично менять направление движения. При этом продолжая стремиться к цели. Мертвые улицы и переулки складывались в незнакомый узор, намертво отпечатывающийся в памяти. Еще немного, и он сможет нарисовать карту этого места. Неожиданно маг выплыл на пустое пространство. Раньше здесь видимо располагалась городская площадь. В центре пустыря высились обломки чаши — останки фонтана. Он огляделся и заметил узкий лаз у самого дна. Спрятаться и перевести дух не мешало бы. Светлый опустился ниже и сумел протиснуться через аркообразный проход. Теперь он находился внутри едва ли не единственного уцелевшего здания. Внутри оно было совершенно пустым. Чтобы здесь ни располагалось, время и морская вода его не пощадили.
Олеж постарался успокоиться и сосредоточиться на монстре. За время гонки он научился лучше чувствовать его. И теперь понимал, что тварь плавает где-то рядом. Выжидает. Ищет его. Но, к счастью, не понимает, где находится ее враг. А ему нужна передышка. Долгое пребывание рядом с порождением прошлого накладывало свой отпечаток. Сила уходила. Быстрее, чем он ожидал. Осьминог оказался куда проворнее и умнее, чем предполагали целители. Оставалось лишь гадать, кто и как его создал...
Когда монстр удалился на достаточное расстояние, маг покинул укрытие. Сориентировался на местности и выбрал нужное направление. Он не сомневался, что тварь сможет взять след и скоро его догонит. Но вот что стало неожиданностью, так это раздавшийся рев.
Уже привычное ощущение дезориентации прошло быстрее. Боевик направился прямо на звук. Поднялся выше, всплывая над городом, чтобы понять, в чем дело. И снова увидел Брасияна, упрямо сжимающего гарпун обеими руками. Острие глубоко погрузилось в тушу осьминога. Тот всеми конечностями оплел светлого, пытаясь избавиться от боли, но не мог. И ревел, ревел, не умолкая.
Олеж поспешил на помощь. Он видел, как медленно опадают щупальца, одно за другим теряя способность двигаться. Как разжимаются руки мага. Как он вновь устремляется ко дну, увлекаемый парализованным осьминогом. Свечение последнего медленно гасло. Боевик подхватил отца подмышки, потянул в сторону, освобождая из мертвой хватки. Монстр обжог их обоих озлобленным взглядом. Живучая тварь...
Отец слабо дернулся. Олеж развернул его к себе и убрал волосы от лица, чтобы понять, чего он хочет. Тот взглядом указал в сторону. Там тускло блеснул металл. Второй гарпун. Брасиян не терял времени даром, раз успел отыскать и подобрать оба. Боевик отрывисто кивнул, оставил ослабевшего напарника и нырнул за оружием.
Осьминог уже полностью распластался на дне. Первая рана практически затянулась. Из второй торчал гарпун, оплетенный мелкими отростками. Тварь все еще была жива. От нее веяло голодом и ненавистью. Наверняка, если дать ей время, она полностью восстановиться. Но допустить этого нельзя.
