Он ждал её уже два часа, понимая, что ночные бабочки не начинают трудовую вахту раньше полудня. Готовился заранее, пришёл после четырёх и сел на скамейку в парке, недалеко от отеля «Вояж». В город только начинали прибывать туристы. Праздная разноцветная толпа ещё не заполнила улицы, кафе и рестораны не начали работать в полную силу, а на пляжах не стояли лежаки и зонты от солнца. Вечерами на побережье опускалась прохлада, море недостаточно прогрелось, и в воду заходили только смельчаки или любители дайвинга. Он даже не задумывался, когда совершит действие, не предполагал, произойдёт это сегодня, завтра или через несколько дней. Просто сидел и наблюдал. Он готовился к любому повороту событий – сделал на лице грим, наклеил усы и аккуратно сложил в тёмную, кожаную сумку всё необходимое: резиновые перчатки, шарф, чтобы связать руки и скоч, чтобы заклеить рот. В душе возникли совершенно новые чувства, но не переживания, волнения и страх, а только какой-то нервозный озноб, то ли от прохладного бриза с моря, то ли от возбуждения. В город спускался вечер, зажигались неоновые рекламы и уличные фонари. Хотя пункт наблюдения находился достаточно далеко, он узнал её сразу. Девушка остановилась на ярко освещённом крыльце отеля красивая броская, и светлые волосы забраны в пучок на затылке. Точно она! Но самое главное – переливалось золотисто-оранжевое платье. Именно то, которое он видел на фотографии! Вечер выдался прохладный, но девушка стояла в тонком, обтягивающем платье без рукавов и только плащ с сумочкой держала в руках. Он дождался, когда она зашагает на высоких каблуках по тенистой аллее в его сторону, подошёл к ней и предложил провести душевный вечер за гонорар, который она сама назовёт. Девушка согласилась с лёгкостью, даже обрадовалась, что попался соотечественник, назвала сумму за час и предупредила, что без аванса всю сумму берёт вперёд. Он дал ей денег в два раза больше, чем они договаривались, и попросил стать послушной, ласковой, и податливой. Девушка тонкими пальчиками цапнула бумажки и сунула в недра своей сумочки. Они, не разговаривая, шли к морю. Она ничему не удивлялась, приходилось обслуживать и не таких странных клиентов. Засмеялась и не оказала никакого сопротивления, когда он уложил на песок, когда связал ей руки и даже, когда заклеил скотчем рот. Это только игра, которая возбуждает клиента. Море тихо шелестело почти возле её ног. Мужчина нежно заглядывал в глаза, ласково гладил по плечам, тихим голосом говорил какие-то слова, наклонившись над её лицом. Но вдруг живот пронзила острая боль, в первый момент она не поняла, что-то такое горячее потекло по бокам. Девушка хотела закричать от страшной боли, но раздались только стоны, из глаз брызнули слёзы, она завертелась, пытаясь освободить руки, но только усилила толчки крови, которые фонтаном лились из длинной раны в животе. И только в угасающем сознании появилась мысль о том, что Лизка будет ругать последними словами за испорченное платье. А Стасик гладил по лицу, ловил угасающий взгляд и всё шептал нежные слова, пока дыхание девушки не затихло совсем. Стоя на коленях рядом с телом он достал и надел резиновые хирургические перчатки, открыл сумку девушки, чтобы забрать свои деньги. Стояла темнота. Лунную дорожку на море иногда закрывали облака, приходилось подсвечивать сотовым телефоном. Вместе с деньгами из сумочки выпал паспорт. Стасик открыл и похолодел – в графе разглядел: Иванцова Мария. Он убил не Смирнову Лизу! До него дошло, что возле отеля толком не рассмотрел лица девушки, а только это яркое блестящее платье! И от осознания чудовищной ошибки его мозг взорвал гнев. Мужчина схватил скальпель и начал резать платье на куски. Его злость не знала границ, вместе с платьем он располосовал живот до грудной клетки и отрезал соски. Потом, отдышавшись, деньги скальпель перчатки бросил в свою сумку и сначала побежал, постепенно успокаиваясь и переходя на шаг. Выйдя в город, он старался обходить людные места, хотя стояла поздняя ночь, а на пустынных улицах ютились лишь дворовые собаки. Недалеко увидел светящийся неоновым светом стремящийся к небу минарет. Стасик подошёл к мечети, открыл кран с водой, расположенный у входа, смыл кровь с рук лица, почистил брюки и рубашку от песка. Собираясь на преступление, он намеренно выбрал одежду тёмного цвета. Если брызги крови попали на него, то в темноте на них никто не обратит внимания. В свой номер проник почти незаметно, только сотрудник на ресепшн поднял глаза буквально на секунду и опять углубился в свою работу. В комнате без слов снял с себя грязную одежду, налил полный бокал виски, залпом выпил и так же, не говоря ни слова, удалился в ванную комнату. Костик по пятам ходил за ним, не задавая вопросов. Из ванной Стасик вышел чистый и пьяный, его лихорадило, потом началась истерика. Костик не мог понять ни слова, которые сквозь рыдания и всхлипывания буробил убийца. Кое-как он разобрал, что проститутки поменялись платьями и Запашный убил другую девушку. Костик с размаху влепил оплеуху, чтобы друг перестал истерить, а то не ровен час, соседи сбегутся, услышав его скулёж. Петренко тихо, но жёстко сказал: