– Вы оба смотрите так, словно сейчас вцепитесь друг в друга и начнете целоваться, – заявила Лин. – Но почему-то не начинаете…
– Лин!
– Брось, мы давно живем не в чванливом провинциальном городишке.
– Мне стыдно за твое поведение!
– А мне – за твое.
Выгнала бы паршивку – из покоев, не из замка – но она не дала мне такой возможности. Даже о взгляд не обожглась. Отцепила от пояса бархатный мешочек и принялась рассыпать у кровати соль.
– Ты заставляешь себя краснеть, и это еще пока работает, но ты тоже изменилась, – продолжила она, не глядя на меня.
Ладони против воли прижались к щекам.
Пф!
– Не в этом.
– Посмотри на проблему с другой стороны, – предложила хитрая ведьма. – Лучше пусть все знают, что у тебя отношения с одним мужчиной, чем по мирам ходят слухи, что Грабон – жуткое место, а его смотрительница устроила себе гарем. Ты ведь не настолько наивна, чтобы считать, что сплетни не выберутся наружу?
Мелкие подробности выберутся, а из них уже родятся безумные истории.
Мне поплохело.
– А так вы, может, даже поженитесь, – закончила Лин. – Ясно же, что для тебя это все еще важно.
Проводить обряд здесь для нас некому, но… Грабон бывает изобретателен, когда ему что-нибудь нужно.
О чем только думаю?
– Фейн мне пока ничего такого не предлагал, – заметила сдержанно, стараясь игнорировать неуместный внутренний трепет.
– Дай вашим отношениям шанс, а уже потом жди предложений, – посоветовала Лин.
Младшая сестра, а поучает, будто знает о жизни все.
И тонкая линия соли вьется вокруг кровати.
– Что ты делаешь?
– Защиту ставлю, чтобы никакая гадость не подобралась к моей сестре. Ведьминская магия для такого подходит идеально.
Ведьма она и есть. И благодаря дару в житейских делах кое-что понимает. Пора признать, что моя сестренка выросла и теперь все иначе.
Замок предпочитал перемещаться утром, поэтому мы все, включая Дарьяну, Авелин, Жуть и даже безымянную трехцветную кошку, встречали рассвет в самом большом зале. В атмосфере звенело напряжение, которое то там, то тут пытались немного разбавить разговорами.
– Это будет немного похоже на свободу, – осторожно мечтал Уал.
– Не каркай, – беззлобно оборвал его Ларк.
Работало слабо.
Нервозность с каждым мгновением нарастала.
Ко мне подсел Фейн.
– Попроси замок перенести твои девчачьи штучки в наши покои.
– Зачем? – Я аж подпрыгнула.
– Затем, что так удобнее. Тебе же.
Предложение звучало здраво, и все же чем-то умудрилось мне не понравиться.
Не знаю чем.
– В этом нет необходимости, – возражение вышло какое-то слабое. – Когда проклятие будет снято, я вернусь к себе.
Насмешливая улыбка на губах главного мага в замке Грабон заставила нервно поерзать.
– Не уверен, что твое «к себе» до сих пор существует.
– То есть как это?!
– Давно ты сама туда заходила?
Я прикинула и… картина виделась неутешительной. С момента переезда к нему не заходила и лишь сейчас это поняла. Да просто необходимости не было. Все, что мне требовалось, неизменно оказывалось под рукой. В отдельные моменты я напрочь забывала, что мы с Фейном не всегда жили вместе.
Ой-ой.
– Сегодня я заглянул… ну, то есть попытался заглянуть к тебе, – продолжил начатую раньше мысль Фейн. – И попал в свою комнату. Как однажды уже было. Так что делай выводы.
Желание подняться и сейчас же собственными глазами все увидеть подавила. Перемещение сейчас важнее.
– Какие выводы? – Не стоило спрашивать, но я уже спросила.
– Для замка мы пара, – буднично, словно и не сообщал ничего нового, произнес Фейн. – Как и для всех остальных. Почему-то кроме тебя.
Я открыла рот, еще точно не зная, что ему ответить… но тут все вокруг едва ощутимо завибрировало.
Чувствовать это пока могла одна я, и только я знала, что замок готовится к перемещению.
Личное немедленно было отодвинуто.
Я задала замку направление: домой!
Нас затрясло так, что один из светильников лопнул.
Фейн закрыл меня от осколков, резко выбросив руку, и на белое кружево моей блузы закапала кровь. Из горла вырвался судорожный всхлип. Оформиться в нечто членораздельное ему не дали: меня сдернули со стула, впечатали спиной в пол и придавили сильным телом.
Что-то грохнуло совсем рядом.
Выругался Уалгар.
Остальные его поддержали.
Седрик и Дхавис так вообще чуть соревнования по красноречию не устроили…
– Осторожнее со словами, – цыкнула на них Сильвана. – Здесь ребенок!
Парни притихли, но даже от их тяжелого дыхания веяло нецензурщиной.
Авелин хихикнула – прикрытая переливающимся силовым куполом, она воспринимала происходящее как игру. Даже попыталась лопнуть защитный щит как мыльный пузырь и потыкала в него пальчиком.
Щит это выдержал.
Девочка нахмурилась.
Замок вздрогнул каждым камешком. В этот раз маги оказались готовы и выставили щиты.
Лин прошептала что-то на ухо Седрику, закрывшему ее точно как Фейн закрыл собой меня, потерлась о его ухо носом, а потом подула. Я почувствовала себя так, будто подглядываю, хотя зал был заполнен людьми, и это парочке стоило бы вести себя сдержаннее.
– Твоя рука, – переключила внимание на Фейна.
– Царапина, – заверил он. – Не бойся.
