Автор письма все еще был неизвестен, но круг подозреваемых быстро сужался, ведь воспитанниками особняка в основном были девушки. Больше всего Бетти поразила не скрытность ее тайного друга или явного врага, а то, что он знал про ее день рождения. Однако возмущение тут же ушло, Бетти вспомнилась сегодняшняя ситуация в гостиной: казалось, про праздник знали все вокруг, про ее и всех тех, кто прибыл вместе с ней.
Бетти слезла с кровати, ощутив нервное покалывание в кончиках пальцев, пульс участился, ноги гудели, девушка была переполнена возбуждением и откровенным любопытством. Надев свои белые кроссовки, в которых Бетти прибыла в особняк, Элизабет поплотнее закуталась в шелковую сорочку до пола, которая едва ли скрывала тело девушки, и принялась рыться в ящике прикроватного стола, надеясь найти там нечто напоминающее фонарь. Как Бетти и ожидала, в ящике находились только канцелярские принадлежности, стопка идеально отглаженных носовых платков с кружевами и какие-то пахучие флаконы. Бетти уже была готова впасть в отчаяние, но ее отвлек все тот же шорох за дверью. В щель вновь подложили конверт, на этот раз угольно-черного цвета, как будто кто-то выслал приглашение на похороны. Элизабет поднялась с колен, забрала конверт и осторожно, чтобы не разбудить Дани, подошла к окну. Опять ни имени отправителя, ни цели послания. Внутри был лист старой желтой бумаги. Бетти направила лист под лунный свет, едва разбирая слова.
На этот раз Бетти рассердилась не на шутку: у них что – традиция так встречать новеньких?
Волосы девушки даже при лунном свете вновь запылали огнем, она решительно вышла в коридор и, не обращая внимания на кромешную тьму, направилась к туннелю.
В саду журчала вода в фонтанах, Бетти принципиально старалась не слушать, не сворачивать. Весь этот дом и сад казались сплошной иллюзией, где любой, хоть на секунду задержавший взгляд, обречен навсегда потонуть в пучине неестественности. Такого не бывает в реальной жизни, в жизни, из которой Бетти без спроса вытащили. Или все-таки бывает? Иначе как можно объяснить все это? Элизабет добралась до ворот, отметив для себя, что никто не закрывает их даже ночью.
– Вот странные, – в который раз удивилась девушка и вышла из сада.
Из туннеля глядела темнота, она как будто ругалась, что ее разбудили. Бетти сделала несколько шагов вперед, почувствовав холодок в области спины. Ей было страшно, энтузиазм, с которым девушка направилась к туннелю, теперь отступил. Она и не подумала о том, какой опасности себя подвергает, стоя здесь: совершенно одна и совсем не зная, как устроены правила этого места. Но назад дороги не было, и Бетти, преодолевая собственное сердцебиение, сделала еще пару шагов. Оказавшись в туннеле, Элизабет отметила, что лунный свет, приникающий со стороны заброшенной железной дороги, позволяет разглядеть стены.
Затем Элизабет окончательно привыкла к полумраку и принялась искать глазами то, зачем вообще сюда пришла: и она нашла это. У одной из стен, под маленьким камнем, вероятно, чтобы не унесло ветром, лежал небольшой бумажный конверт. Бетти подобрала его с земли, но не смогла разобрать написанное. Решив, что прочитает позже, девушка оглядела туннель еще раз: у выхода со стороны леса лежала желтая коробка, перевязанная белым бантом. Бетти взяла коробку в руки и заглянула внутрь: на дне лежал старинный синего цвета дневник из мягкой ткани с цветочным принтом. Края дневника были украшены кружевами, а в центр была прикреплена тяжелая эмблема, как та, что висела над входом в сад. Бетти положила наверх дневника конверт и, захлопнув крышку коробки, поспешила вернуться в свою комнату.
В саду стояла мертвая тишина, Бетти потребовалось около минуты, чтобы заметить что-то необычное. Было тихо, слишком тихо. Единственным источником звука оставалась журчащая вода в фонтанах. Вся локация превратилась в чью-то выдуманную шутку. Резко за спиной Элизабет послышался шорох и вскоре треск старой ветки, который затем сменился на чьи-то уверенные шаги. Нечто надвигалось на девушку, однако из-за темноты, которая местами была просто невыносимой, Бетти не могла разглядеть, что именно движется в ее сторону, пока это что-то не обрело форму человеческого тела и не вышло на свет.
Нойн с любопытством осматривал Бетти с головы до ног. Девушка ощутила смущение, натянув неудобную накидку ближе к груди, пытаясь наглухо закутаться, словно это могло спасти ее от почти прозрачной ткани. Молодой человек устало вздохнул и опустился на бортик одного из фонтанов.
– Перепутали меня с приведением? – щелкнул металической зажигалкой, образовав мерцающий огонь.
– Мне казалось, там, в лесу, Вы обращались ко мне несколько иначе, – Бетти напрасно пыталась найти хоть что-нибудь, за что мог зацепиться ее взгляд.
