Никто не поднял руку и не произнес ни слова. Тишину нарушил скрип двери, которая медленно открылась. В зал вошел Нойн, девушки заулыбались и задергались, мадам не шевельнулась. Парень облокотился на одну из колонн и нашел глазами Бетти. Та, раздраженная от незнания, резко перевела свой взгляд с Нойна и произнесла.
– Мисс Эйденшвейн, верно? Не могли бы Вы объяснить, каким образом отбираются студенты и что случается с окончившими курс?
Мадам вновь понимающе улыбнулась. Бетти наклонила голову, чтобы Нойн мог лучше рассмотреть ее, и продолжила сохранять невозмутимость.
– Каждый год наши воспитанники сдают экзамены, и те, кто справляется с тестами, переводятся на класс выше. Если сумма ваших баллов будет недостаточной для установленной планки, вы всего-навсего отправитесь домой. К сожалению, еще ни один выпускник не сдал экзамен на отлично. Однако все наши студенты обрели несомненный опыт и право занимать высокое положение в государственных организациях всех стран мира. На Ваш первый вопрос я отвечу после, когда вы получите диплом высшей степени и станете студенткой, выполнившей задания на сто баллов. Это Вам мой стимул быть первой, – с этим словами мадам развернулась на каблуках и направилась к двери, одарив сына осуждающим взглядом.
А'ртур бросился открывать двери зала, пропуская вперед мисс Эйденшвейн, затем комнату покинул Нойн, не дав девушкам и шанса начать беседу. Присутствующие тут же загалдели, забыв о существовании новеньких, точнее трех новеньких, потому что юный Алла'н теперь стал объектом интереса номер один. В основном на него просто глазели, но одна, по-видимому самая смелая, подошла вплотную и даже заговорила.
– Привет, я Тольелита Розелин, могу видеть сквозь предметы. А какие способности у тебя? – глинистого цвета волосы девушки торчали в разные стороны, глаза отдавали ярко-бирюзовым цветом, словно их обладательница вставила линзы.
– У меня нет таланта, – грубо отрезал молодой человек и, поднявшись на ноги, покинул зал.
– Не думаю, что это хорошая идея расположить к себе парня, – вступила в разговор Джессика, поправляя длинные волосы. – Заговорить первой – очень смелый поступок, но он отталкивает. Сколько лет ты пробыла в стенах этого дома?
– Здесь можно жить не более трех лет. Неужели ты не слышала? – Тольелита сложила руки у груди.
– Напоминает кадетский корпус, – усмехнулась Джессика, поднимаясь с дивана.
– Ты помнишь, кем была до того, как попала сюда? – неожиданно выпалила Даниэла, обратив внимание беседующих на себя и Бетти.
– Нет, – махнула волосами. – Меня это мало волнует, в отличие от твоей рыжей подружки.
Джессика слилась с остальными учащимися и скрылась за дверью, девушки продолжали галдеть на фоне.
– Ох, давно у нас не было таких наглых, – призналась Тольелита.
– Ей же хуже, – прошептала Бетти, глядя на закрытую дверь.
– Кстати, девушки, с днем рождения вас, – улыбнулась студентка, хлопая глазами.
– И правда, сегодня мне исполнилось восемнадцать, – задумалась Дани, удивленная, как вообще могла забыть такое.
– Но откуда ты знаешь? – Бетти распахнула карие глаза.
– Это просто: как только избранному исполняется восемнадцать, мадам переправляет его сюда, а следовательно, новички имеют одинаковую дату рождения.
– И это всегда один день? – Бетти продолжала сыпать вопросами.
– Конечно нет, иногда это случается в конце лета, иногда в начале зимы, – развела руками. – Для вас учебный год начинается в тот момент, когда вы попали сюда. Например, я оказалась в поместье шестнадцатого октября. Это мой День рождения и еще четырех девушек, которые прибыли сюда вместе со мной.
– Но по какому принципу мадам отбирает людей? – Бетти запутывалась еще больше.
– Никто не знает этого, маленький огонек. Хорошего дня! – Тольелита улыбнулась еще раз и радостно развернулась, убежав к своим подругам.
***
