Это также был воин тайной стражи, в черном плаще, широкополой шляпе и с лицом, скрытым повязкой. Агент подъехал к предводителю и склонил голову в почтении.
– Пароль, воин! – приказал Каземат.
– Король и его верные слуги! – ответил агент.
– Ты от Кармали? – удивился Бриар. – Что ты здесь делаешь?
– Дело, требующее срочного вашего вмешательства! Модлог схвачен.
– Наконец! – Впервые за весь вечер на губах Черного Пса появилась улыбка.
Ее не могли стереть даже мысли о неудаче с изменниками. Ничего, они еще повисят в петельке, раскачиваясь на ветру, дайте только срок. Во дворец он их не пропустит. Сейчас нужно заняться срочным делом первостепенной важности, а уж затем вернуться к предателям. Пусть они и ускользнули, но до короля им никто не даст добраться.
– Воины! На запад!
Сеньор Прево тронул коня и поскакал за провожатым, агенты тайной стражи поспешили за ним.
А Логнир, Аллаэ Таэль и Гарк, надежно защищенные туманом, направились к столице и на рассвете уже были там. Следом за ними до самого Гортена бежал так никем и не замеченный большой пес со вздыбленной черной, словно сажа, шерстью и пламенем в глазах.
На крайнем севере, глубоко под горами Тэриона, в одном из темных подземелий по узкому проходу, заваленному осколками камня, шел гном. Точнее, не шел, а еле-еле переставлял ноги. Шел он так медленно не потому, что был тяжело ранен в прошедшем бою или еще что, – просто он волочил за собой за бороды шесть мертвых тел своих боевых товарищей. Мертвецы были невероятно тяжелы и все время цеплялись доспехами и одеждой за различные выступы и камни, будто негодующе сопротивляясь подобному с собой обращению, но силы гному было не занимать.
Закованное в синеватую мифриловую броню коренастое тело изнывало от усталости, но гном упрямо брел вперед, преодолевая фут за футом. От пышного черного плаща остались лишь полуобгоревшие ошметки, потрепанные и свисающие со спины. Из-под глухого шлема с наличьем на глаза все время стекал противный пот. Темно-русая борода, доходившая до самого пояса (гном ею очень гордился), с вплетенными золотыми кольцами (от чего она напоминала корабельные снасти) являла собой жалкое зрелище: мокрая, грязная – она была вовсе не такой, какая должна быть у любого уважающего себя гнома. В петлях на спине висела украшенная рунами двусторонняя секира, грозное оружие, верный помощник и единственный друг, – сейчас она была вся забрызгана черной демонской кровью и покрыта копотью.
Подгорный воин остановился, отдохнул несколько секунд, после чего поудобнее перехватил руками длинные бороды мертвых товарищей и потащил их дальше.
Гнома этого звали Торин Камень-Сердце, и был он сыном Балина, сына Дарина. Свое прозвище он получил из-за очень жестокого характера, которым наградил его когда-то давно один демон-колдун (ныне покойный). Чародей Бездны проклял его, превратив перед смертью сердце своего врага в кусок ледяного камня, и сказал, что проклятие сойдет на нет лишь тогда, когда появится в жизни Торина та, кто сможет полюбить его таким, какой он есть: жестоким и злым. Пока же такой не нашлось, и он продолжал идти по тоннелю, хрипя от усталости и обливаясь потом.
Ему очень хотелось отвлечься от своей мертвой ноши и думать о чем-то постороннем, но никак не получалось – мысли упрямо возвращались к бою, когда несколько выживших Хранителей Подземелий отступали по подземному тракту Ктуорна, останавливаясь, уничтожая демонов и… одного за другим теряя своих. Вскоре в живых осталось лишь семеро, в том числе и он. Уцелевшие Хранители подошли к развалинам Монгара, великого подземного города, бывшего когда-то одним из центров торговли Подгорного Королевства Тэрион. В те времена величественные колонны поддерживали высокие своды и терялись во тьме, стены покрывала искусная резьба, а статуи стояли на каждом десятом шагу. Ныне же Монгар лежал в руинах, его стены осыпались прахом, а на основаниях тронов воцарились лишь пыль и осколки камней. Так и все Великое Подгорное Королевство Тэрион, родина гномов, ныне походило на большой, затерянный в черных глубинах холодный склеп…
Демоны напали на них неожиданно, появившись из какой-то неприметной трещины в стене подземелья. Там, в мертвом Монгаре, и сложили свои головы последние Хранители Подземелий. Торин успел привести в действие скрытые механизмы, и огромные непробиваемые створки перекрыли врагу все подходы. Последний товарищ Камень-Сердца, умирая, молил не оставлять его тело и тела друзей на растерзание демонам, молил принести их в оплот Тэрос и похоронить, как подобает по обычаю. Торин, конечно же, поклялся исполнить последнюю просьбу товарища, но, как оказалось, «сказано – сделано» бывает лишь в сказках. Вот так и случилось, что он тащит их по подземельям уже многие мили.
– Убью, – прохрипел Торин, едва не захлебываясь яростью. – Всех тварей убью, только доберусь до вас. Всем головы отрежу, клянусь Дрикхом.
