Я не рассчитала только, что топать мне придётся километра три. Как назло, в этот день мне захотелось выпендриться и быть красивой для Кира. Вместо удобных балеток или кед я выбрала туфли на высоком, хоть и устойчивом каблуке. Они начали убивать меня минут через пять, а через двадцать я была готова сдохнуть. Слава богу Кир все-таки не оставил меня в беде, потому что с шоссе завернула машина Егорыча. Молчаливый, хмурый дядька усадил меня в свою потрепанную десятку, отвез обратно, запустил внутрь и уехал. Оказавшись в плену дома, я первым делом избавилась от обуви, уселась на диван в гостиной и… снова разозлилась. Нужно было уезжать вместе с садовником, но он смылся так быстро, что я и сообразить не успела. Наверное, тоже не в восторге от срочности, с которой его вытащили из дома в выходной.
Кирилл приехал через два часа. Я уже перекипела, переварила свое бешенство, проголодалась, поела и просто дулась, когда он вошел в гостиную.
— Видишь, — проговорил Нечаев без приветствий. — Все решаемо. И не надо было на меня орать.
Он, похоже, тоже дулся. Во всяком случае, выглядел серьезным, почти грозным. Но в этот раз мне не было страшно. Это как с нашим первым поцелуем. Я точно знала, что права и не собиралась чувствовать вину за несдержанность.
В знак протеста я уткнулась в телефон. Наверное, вела себя, как тупая малолетка, портя нам редко совпадающий выходной, который и так сократился, но просто не могла сделать вид, что все в порядке и ничего не случилось.
Видимо, Кирилл прочитал мой настрой. Он не оправдывался, не извинялся, просто смотрел на меня с минуту, а потом дерну за руку, поднимая с дивана и утаскивая в свой кабинет. Там он усадил меня в свое кресло, отошел к шкафу, из которого вынул коробку с каким-то странным прибором. Открыв ноутбук, Кир запустил программу, включил приборчик, который отозвался приветственным писком, подключил его к компьютеру через привод.
— Что ты делаешь? — недоумевала я.
— Избавляю нас от подобных казусов, — бросил он кратко и взял меня за запястье.
Кирилл навел красный луч на мою ладонь, медленно провел им. Приборчик снова бодро пискнул, а через секунду программа в ноуте отозвалась приветственным тирлиньканьем. Он сделал то же самое еще несколько раз.
Тут же раздался вызов на мобильном Кирилла.
— Да, Миш, прими в базу. Угу, вижу. Все прошло, спасибо. Анастасия Смирнова. Остальное я потом вышлю. И тебе удачи.
Он положил трубку.
— Что происходит? — очнулась я. — Что ты вышлешь?
— Паспорт у тебя с собой? Надо сфоткать и отправить. Пошли.
Нечаев опять потащил меня куда-то, не позволяя ответить или начать соображать. Я уже даже не спрашивала, хотя перепугалась, когда он вывел меня на улицу, а потом и за ворота. Выгонит?
— Приложи палец, — велел он, едва щелкнул замок.
Я моргала, не понимая. Кир сам взял мою руку, поднес палец к цифровой панели.
Замок отозвался позитивной трелью.
— Твой личный код. Запоминай. Нужно ввести сразу.
Он называл вслух цифры и нажимал кнопки. Ворота начали разъезжаться, открывая путь.
— Закрываешь так же, только с другой стороны. Давай.
Я коснулась датчика со стороны двора, набрала код. Ворота поползли обратно.
— Дверь дома, — продолжал инструктировать Кирилл. — Система та же, только на выход захлопнется автоматически.
Кир развел руками, таким жестом подводя итог проведенному уроку.
— Все понятно? Теперь попадешь в дом без проблем. Довольна?
Ощущая себя немного чокнутой, я хихикнула.
— Хорошо, что не глаз, — буркнула себе под нос, кусая губы, чтобы не заулыбаться шире.
— Что смешного? Какой глаз? — заметил мою ремарку Кир.
— Теперь, если кто-то захочет к тебе проникнуть, то отрубит мне руку.
Нечаев закатил глаза.
— А при чем тут глаз?
— Ну, Кир, ты что, не смотрел «Разрушителя» со Сталлоне? Там был замок сканирующий сетчатку глаза, и начальнику тюрьмы его вырезал заключенный, чтобы сбежать.
— Жуть какая, — пробормотал Кирилл. — Не смотрел. Странно, что ты смотрела.
— Мой папа тащится от этого древнего кино. Странно, что ты не смотрел, вы ведь ровесники.
Я не могла не подколоть его. Просто не могла. Кирилл прищурился, казня меня своими черными глазами, а потом схватил, закинув на плечо.
— Сейчас кто-то поплатится за насмешки над моими сединами, — пригрозил он и направился к лестнице.
— Кир, пусти, — хохотала я. — Это шутка. Перестань.
Он шлепнул меня по заднице, чуть попрыгал, устраивая удобнее.
— Не дергайтесь, юная леди. Сейчас Кирилл Александрович вас научит старших уважать.
Поднявшись в спальню, Кир бросил меня на кровать и преподал прекрасный урок вежливости и хороших манер.
— Мне кажется, не стоило этого делать? — проговорила я, когда спустя два часа, наконец, смогла говорить, а не стонать-кричать.
Кирилл приподнялся, опираясь на локоть, чтобы внимательно рассмотреть мое лицо, ухмыльнулся.
— Сейчас или вообще? — уточнил он, схватился за сердце. — Только не говори, что я отстойный любовник, и ты всю дорогу симулируешь.
— Господи, я не о сексе.
Пришлось пихнуть его в грудь и завалить обратно на матрас, устроившись сверху.