— Вы не могли бы выяснить, из какой они каюты? Я только что поймал их у двигателей, где они болтались сами по себе. — Инженер потряс мальчишек за руки, но те лишь захихикали, нисколько не испугавшись грозного дяди. — Ещё раз попадётесь, будете драить палубу, — пообещал он.
Но Редж смотрел не на мальчиков. За спиной у инженера он разглядел гигантскую машину, в которой с грохотом двигались поршни, цилиндры и стержни, сообщая судну силу движения. Она издавала внушительное шипение и лязгающие звуки, и Редж очень хорошо понимал, почему эти двое мальчишек прокрались сюда. Он и сам был не прочь сделать то же самое, но инженер захлопнул дверь у него перед носом, оставив его наедине с мальчишками.
— Вы из какого класса, ребята? — спросил Редж.
Они переглянулись.
— Из третьего, — ответил старший. — Мы едем с мамкой, малым и ещё сестрой. — Говорил он с ирландским акцентом.
— Как вас зовут?
— Я — Финбар, а он — Патрик.
— Где вы последний раз видели свою маму?
— Она была в каюте, возилась с малым.
— Бьюсь об заклад, вы не знаете номера каюты, подначил их Редж. — Мелюзга, вроде вас, никогда не помнит каюту.
— Да помним мы: Е-107. — За них обоих говорил старший, нескладный паренёк в коротких не по возрасту штанишках. Мать могла бы купить ему в путешествие длинные брюки, чтобы прикрыть торчащие коленки.
— Ну, тогда пошли. Она небось уже вас ищет.
По дороге он рассказывал им о том, что интересно каждому мальчишке. Например, о том, что на судне установлены два четырёхцилиндровых паровых двигателя тройного расширения, которые приводят в движение винты, а также турбина низкого давления, перерабатывающая пар от двигателей. Он сообщил им, что максимальная скорость «Титаника» составляет двадцать три узла, но в данный момент они идут на двадцати одном; рассказал, что здесь работают двадцать четыре двухсторонних паровых котла и шесть односторонних, что кочегары трудятся день и ночь, забрасывая уголь в сто пятьдесят девять печей. Он назвал длину, ширину и водоизмещение судна, и всё ещё продолжал просвещать их, когда они подошли к каюте номер 107 на палубе «Е».
Услышав голоса, Энни Макгьюэн открыла дверь. Она тут же обхватила сыновей и затащила их внутрь.
— Чем они занимались? Надеюсь, не вляпались в какую-нибудь неприятность?
— Отнюдь, — ответил Редж, — мы просто болтали про то, как всё устроено на судне. — Он видел, как удивились ребята, сообразив, что он не собирается докладывать матери про их проникновение в машинное отделение. — Ваши сыновья смышлёные парни, продолжал Редж. — Готов поклясться, они хорошо учатся в школе.
— Я вам так благодарна, мистер…
— Партон. Редж Партон.
— Я — Энни Макгьюэн. Может быть, вы подскажете, могу ли я где-нибудь погреть молочко для малыша? За завтраком я наполнила бутылочку из кувшина, чтобы покормить его позже, но ему холодное не нравится. Я тут других младенцев не видела и не хотела причинять беспокойства.
— Вам это сейчас нужно? — уточнил Редж. — Я могу заглянуть в нашу столовую и прислать кого-нибудь к вам на помощь. А вообще вы можете обратиться к любому официанту в обеденном салоне.
— Если так, то нет проблем.
— Вот что, — предложил Редж, — почему бы вашим старшим не пойти сейчас со мной?
Все с готовностью согласились с его предложением, и Редж отвёл ребят через крутящиеся воротца на Шотландскую дорогу. Он показал, где располагаются спальни экипажа, кладовки и столовая, познакомил их с мистером Джофином, который подогрел бутылочку и дал каждому по кексу. Мальчишки всё время переглядывались, полные восторга. Наконец Редж сопроводил их обратно, к воротам третьего класса, и показал, в какой стороне находится их каюта.
— Мы ещё встретимся? — с надеждой спросил Финбар.
— Почему бы и нет? — улыбнулся Редж. — Я буду за вами приглядывать.
— Ура! — выдохнул Финбар.
И Редж с удовольствием отметил про себя, что ребята им восхищаются. Похоже, на всём судне только они одни.
Как только мальчики ушли, Редж побрёл в спальню, чтобы немного полежать. У него с собой была книжка про Шерлока Холмса, но сейчас читать не хотелось. В вещах Джона он приметил старую газету и стащил её. Газета была от восьмого апреля, за сутки до начала их рейса. Редж забрался на свою койку и развернул её.
Заголовки были посвящены столкновению на Ниле двух судов. По оценкам, погибло около двухсот человек. Редж содрогнулся. Он надеялся, что жертвы утонули, а не были съедены нильскими крокодилами. Моряки не любят читать про смерть на воде, и он быстренько перевернул страницу. Член парламента мистер Асквит собирался представить свой третий билль о самоуправлении Ирландии. Удачи ему, подумал Редж. Что бы он ни предлагал, добиться всеобщего согласия ему никак не удавалось. Какие-то суфражистки опять приковали себя цепями к зданию Парламента. Тут он дошёл до светской хроники и углубился в текст.
