— И чем она только приворожила к себе этакого красавца?
— Любовь, Пелагея Егоровна, любовь, — шутливо заметил я.
— Да, действительно, любовь зла, полюбишь и… — не договорила санитарка, увидев, что из процедурной выбежала Галя.
«Что произошло с Александром? — подумал я, глядя на молодых в окно. — Кажется, он переиграл».
Видимо, Саша рассказывал девушке какую-то смешную историю, а та, закинув голову, весело смеялась. И это на глазах почти всего рабочего поселка!
Посоветовавшись с некоторыми врачами-специалистами, мы хотели уже послать Галину на консультацию в профилированный институт, как произошел случай, который помог выявить причину загадочного заболевания.
Однажды утром, когда мы вместе с дежурной медицинской сестрой проходили по цехам завода, проверяя его санитарное состояние и выполнение рекомендаций, данных медиками ранее, я увидел Галину, которая, очевидно, только что закончила смену и убирала стружку со своего станка. Направился к ней, чтобы узнать о ее самочувствии.
Когда я подошел, около нее стоял контролер из отдела технического контроля. Из-за шума работающих станков не удалось услышать весь разговор, но даже по отрывочным фразам было ясно, что речь шла о бракованных деталях, часть из которых была выточена Галиной.
Когда контролер ушел, я попросил девушку зайти ко мне в здравпункт. Она обещала. Видно, беседа с контролером ОТК повлияла на нее отрицательно, и она была огорчена. Однако самое интересное мы услышали в отделе технического контроля, куда зашли позднее.
В рассказе контролера ОТК промелькнула одна, казалось бы, малозаметная фраза, что больше всего бракованных деталей Галина изготовляет во вторую, а особенно в третью смены. Почти шестая часть деталей, сделанных ею в ночную смену, имеет те или другие существенные отклонения от чертежа, не выдерживает требований технического контроля.
— Сначала мы это связывали с ее неопытностью, ведь девушка относительно недавно пришла из профессионального училища, — продолжал контролер, — потом думали, что неприятности дома ведут к браку. Вам, очевидно, известна вся эта история… Только число бракованных деталей растет. И беседовали с ней, и ругали, и разбирали на собрании, а пользы нет. Девушка она старательная, отец всю жизнь на нашем заводе проработал. Непонятно, почему детали запарывает?
Именно здесь, при разговоре с контролером ОТК, у меня появилась догадка об истинных причинах страдания Галины. И как я не подумал раньше о возможности авитаминоза? Ведь он в том, в частности, и проявляется, что человек, хорошо видящий в дневное время, плохо различает отдельные детали вечером и ночью. Этот симптом получил своеобразное название — «куриная слепота».
В тот же день она действительно пришла на здравпункт. Мы долго беседовали с ней. Галина подтвердила, что при переходе из хорошо освещенной комнаты в темную или полутемную перед ее глазами начинают «летать мушки», что раньше при обследовании у нее находили гипоацидный гастрит, что в детстве она «плохо росла». Детальное изучение состояния ее здоровья только укрепило предположение о гиповитаминозе «А» — заболевании, которое крайне редко встречается у людей молодого возраста и поэтому так трудно выявляется. Не случайно и в данном случае правильный диагноз заболевания был установлен далеко не сразу.
Нельзя было сбрасывать со счета и перенесенные психические травмы — смерть любимого отца и разрыв с матерью.
По нашему ходатайству перед завкомом больной было назначено бесплатное диетическое питание, она стала получать продукты, содержащие большое количество витамина «А»: морковь, печень, шпинат и т. д. Принимала рыбий жир. Теперь она стала еще более частым гостем в процедурном кабинете здравпункта, где ей в кожу стали систематически втирать мази, содержащие витамин «А» и каротин.
Вначале эти манипуляции воспринимались ею без особого энтузиазма, но когда кожа начала приобретать обычный вид, постепенно исчезла сухость и появились нормальная окраска и естественная эластичность, Галина не пропускала ни одной процедуры. Мало того, она приходила в процедурный кабинет значительно раньше того времени, на которое ее приглашали. Все больше и больше изменялись и ее внешний вид, и манера одеваться.
Вскоре меня перевели на другую работу, и новые заботы легли на плечи. Перед уходом удалось добиться выделения Николаевой путевки на курорт. Во время заседания завкома, на котором обсуждался план оздоровительной кампании, от работников ОТК я узнал, что сократился и брак в ее работе.
Прошло более года, когда я снова узнал о судьбе Галины Ивановны Николаевой. Однажды, вернувшись с вызова, одна из сотрудниц станции «Скорой помощи» зашла ко мне и передала привет от беременной женщины, которую она только что отвезла в родильный дом. Когда была названа фамилия роженицы — Михайлова, — я не понял, о ком идет речь.
— А что она вам еще сказала? — переспросил я фельдшера.
«Передайте привет вашему врачу от «порченой» Гальки! Может быть, он помнит меня».
Теперь мне стало ясно, о ком идет речь, как сложилась ее дальнейшая судьба.
