Снайперы лежали тихо, наведя винтовки на ближний конец дамбы. Тянулась ночь, и ничто не привлекало внимания у низкой насыпи, за которой они продолжали непрерывно наблюдать.
— Бэрк! — прошептал Хэткок.
— А? — тихо ответил тот.
— Начинаем прощальную церемонию. Уже пятый час, и придурки эти спят, конечно. Сейчас перейдём на тот конец — разбудим.
Медленно, бесшумно морпехи заползли на хребет и двинулись вперёд по более пологому склону горы Донгден.
Два часа спустя они добрались до хребта, с которого открывался вид на западный конец дамбы. Хэткок скользил по густым зарослям лиан и кустарника как змея, не издавая почти ни звука, продвигаясь к ровному участку. Он осторожно подтянул к себе толстый сук и уложил на него винтовку, наведя её на западный конец насыпи.
Бэрк заполз правее и выше Хэткока и уселся по-турецки за поваленным деревом. Его силуэт сливался с массой вывернутых из-под земли корней, которые торчали из ствола под прямым углом. Он достал бинокль и начал высматривать внизу признаки движения людей за дамбой.
Хэткок посмотрел на часы и поднял вверх большие пальцы. Бэрк улыбнулся в ответ, поднёс к уху трубку рации и связался с артиллерийской батареей, приказав привести орудия в состояние готовности к стрельбе.
Хэткок взглянул на плотные чёрные тучи, где-то за которыми восходило солнце. Начало нового дня в Слоновьей долине было серым и тусклым, свет едва просачивался сквозь тучи. Хэткок всё же надеялся, что тучи висят не слишком низко, и вертолёты смогут высадить группу прочёсывания на восточной окраине долины, рядом с лесом.
Пожав плечами, он показал на небо Бэрку.
Бэрк понял и связался с группой прочёсывания, которая сидела в точке высадки к югу от горы Донгден, и три их вертолёта CH-46 «Си Найт» были готовы к вылету. Он обернулся к Хэткоку и поднял вверх большие пальцы обеих рук.
Хэткок прицелился в угол западного конца невысокой дамбы. Пуля со свистом отлетела в реку, срикошетировав от насыпи. Проведя прицелом по дамбе, он обнаружил торчащую из-за ней копну чёрных волос — один из солдат решил выглянуть, чтобы определить позицию снайпера. Хэткок сделал короткий вдох и задержал дыхание, наводя перекрестье прицела на чёрную копну волос. Он медленно сжал пальцы на шейке приклада и начал нажимать на спуск.
Бэрк сморщился, увидев, как пуля Хэткока попала в череп, и кровь, кости и мозги забрызгали молоденьких солдат СВА, сидевших пригнувшись вокруг него. Неожиданно попав под этот кровавый душ, дюжина солдат бросилась вдоль насыпи к её восточному концу, и Бэрк три раза выстрелил им вдогонку.
Хэткок сделал ещё один выстрел. Ещё два солдата побежали сломя голову от восточного конца насыпи к далёким хижинам. Оба снайпера перенесли огонь на середину насыпи. Остальные солдаты увидели, что можно уйти, и последовали примеру своих собратьев.
— Вызывай артиллерию, Бэрк.
Бэрк поставил задачу артиллерии, приказав открыть массированный огонь.
— Уходим, — сказал Хэткок.
Они быстро поднялись на хребет и отправились в путь вокруг горы Донгден к месту встречи с патрулём, чтобы дойти с ним до базы огневой поддержки, а оттуда на вертолёте добраться домой.
Морпехи поднялись по скату высоты 55 к палатке оперативного отделения.
«Ну и свинский же у вас видок!», — приветствовал их коренастый начальник отделения разведки. Еле сдерживая смех, он сообщил: «О вас тут все только и говорят — даже генералу Уолту уже доложили. Надо ж было этих северных так зажать! Кто там был, отряд бойскаутов?»
— Типа того, — ответил Хэткок. — Главное, в чём они лажанулись — попёрли прямо по долине. Я-то собирался следить за дальним берегом, где в холмах проход у широкой излучины. Если бы отряд пошёл там — у меня всё было схвачено.
А когда эти гамбургеры пошли колонной прямо по долине — с моей стороны, прям как на параде в день Святого Патрика, я понял, что они у меня в руках. Я одного понять не могу — почему они ночью не ушли. Им всего-то надо было добежать до речки да в воду попрыгать — я больше дюжины положить бы не успел. А они всё пёрли к хижинам на восточном конце излучины — ну, к тем, что прямо у леса, где хребет спускается к долине.
А когда нам надо было уходить, я этим и воспользовался. Мы вызвали артиллерию и свалили за хребет. Мы ведь так и не увидели, чем всё кончилось, но я уверен, что обстрел был что надо, и их у этих хижин стёрли в порошок — если, конечно, не промазали.
Ганни положил руку Хэткоку на плечо: «Пойдём ко мне. Там обо всём доложите, а я вам расскажу о том обстреле».
Трое морпехов уселись в палатке. Хэткок вытащил сигарету из распечатанной пачки комендор-сержанта, лежавшей на столе, и закурил.
— Так что там насчёт артиллерии?
Ганни хмыкнул: «Правильно вы сделали, что успели уйти прежде чем гаубицы долбанули по всей долине. Скорее всего, и вам бы досталось. Когда младший капрал Бэрк передал «огонь массированный», они так и сделали. Пушкари ударили из всего, что было, накрыв обе ваши цели на краях долины… Ну, и всё, что было между ними.
