Троица ввалилась в подъезд, туда же, не особо торопясь, оставляя за собой провод, зашел и Ерофеев.
– Провод мне не оборвите, – предупредил он всех, сопроводив свои слова угрозами жестоких кар. – Пригодится еще…
– Держать круговую оборону, – громко крикнул Барченко. – Наблюдать во все стороны! В окна не высовываться! Смотреть наружу и стрелять только из-за угла!
– Ты где был? Почему на вызовы не отвечаешь? – накинулся Паша на Ерофеева.
– Кто меня вызывал? – Толя рукой провел по разгрузке. – О, рации нет… где-то посеял.
– Как всек бы, – Барченко едва сдерживал свой гнев. – Мы тут все думки передумали, куда ты подевался, а он – рацию потерял!!!
– Занят я был, – оправдывался спецназовец. – Пока вы тут в войнушку играли, я дело делал! И меня, между прочим, там чуть наша артель не разорвала!
У него был такой кристально наивный вид, что при всем кошмаре текущей обстановки у Чинара хватило силы воли, чтобы пошутить:
– С этого дня твой позывной будет «Швейк».
– Тогда уж зовите меня «Алкаш», – предложил Толя.
– Почему Алкаш? – удивленно спросил Барченко.
– Коротко, авторитетно, внушает доверие, – обосновал спецназовец.
Разговор происходил под автоматные выстрелы снаружи и шлепанье о стены пуль, залетающих вовнутрь помещения.
Кто-то из спецов, находящихся на первом этаже, наконец-то влупил по соседнему зданию из «РШГ», после чего всякое проявление жизни с той стороны закончилось.
– Барс, – в наушниках раздался голос Борзова. – Там в вашу сторону толпа пошла, через квартал на северо-запад, да и за углом у вас, возле завала, опять копятся.
– Принял, – ответил Паша.
– К бою! – заорал Барченко, также слышавший в эфире доклад Борзова.
Паша отцепил магазин и кинулся добивать его патронами. Чинар вышел по связи на Цунами:
– Давай, дружище, цель номер четыре, восемь снарядов, залпом, огонь!
За углом дома полминуты спустя воцарился артиллерийский ад. Паша увидел: дальше по улице группы людей перебегали проезжую часть и скрывались в глубине квартала северо-западнее шестиэтажки. Это означало только одно: боевики отрезали последний коридор, по которому отряд Барченко теоретически еще мог бы вырваться из окружения.
– Цель номер три, – Чинар тоже увидел перебегающих людей и решил перенести огонь на них. – Восемь снарядов, залпом, огонь!
Разрывы заполнили улицу, и было видно, как под них попало несколько человек. Шабалин откровенно радовался тому, что Барченко заблаговременно выдал начарту координаты целей, что и позволяло теперь для быстрого переноса огня лишь называть номер цели, наводчикам на батарее оставалось только вводить скомандованные установки прицелов, рассчитанные сразу при получении координат от Чинара. И стрелять. Залпами.
А пули продолжали залетать в здание, рикошетируя от стен.
– Прострелили, – обиженно вскрикнул Ерофеев.
В пластиковом баке с водой, который принесли из «Тигра», срикошетившей от стены пулей пробило бок, и вода стала литься на пол.
Спецназовец бросился заделывать дыру.
– Гранатомет, – крикнул Кузьмичев от своего окна.
Он успел выстрелить раньше, и боевик, вооруженный «РПГ-7», выскочивший из-за угла здания, получил пулю в живот и свалился на открытом пространстве.
– Не добивай! – предостерег подполковник.
– Я в курсе, – улыбнулся дьяволом снайпер, меняя позицию.
Верещащего на земле человека попытались было вытащить в безопасное место, но Сергей двумя выстрелами положил рядом еще двоих, после чего попытки эвакуировать подстреленного прекратились. Выстрел по головной части реактивной гранаты привел к ее взрыву, что окончательно привело гранатометчика к молчанию.
– А ты гурман, – усмехнулся Чинар. – Жестокий и опасный.
– Не без этого, – ответил Кузьмичев.
В этот момент сразу одновременно на крышах нескольких домов появились боевики, открыв плотный огонь, заставивший всех защитников шестиэтажки укрыться за стенами. Лежа в углу под окном, Паша несколько секунд вынужден был наблюдать, как пули крушат противоположную стену, наполняя помещение визгом рикошетов, отлетающей каменной крошкой и пылью.
– Шесть секунд, – крикнул Барченко.
Вначале Шабалин не понял, что это значит, но тут же стрельба мгновенно прекратилась, и до него дошло: Чинар имел в виду время, которое обычно уходит у человека на израсходование автоматного магазина несколькими длинными очередями.
Подполковник привстал, вскинул автомат и, сделав три короткие очереди, тут же повалился обратно.
– Минус три, – сообщил он и, адресуя свои слова игиловцам, поучительно добавил: – На перезарядку надо прятаться…
Вдруг во всем этом творящемся вокруг кошмаре Шабалина разобрал громкий истерический смех. Он как-то особенно ярко представил себе трех бармалеев, выпустивших по зданию по полному магазину, и теперь открыто стоящих, словно беспечные зеваки, спокойно меняющих автоматные магазины – в полной уверенности в своей безопасности. Которую тут же перечеркнул подполковник Барченко.
– Чего ржешь? – спросил Игорь, меняя магазин.
– Да так… – Паша продолжал всхлипывать. – Потом расскажу.
– Если не сдохнем, – кивнул Чинар. – Обязательно расскажешь.
