Лисандр тоже не уверен, учитывая, сколько раз Кастиэль косячил рядом с Аннет. Юноша вообще был удивлен, что она еще не послала Каса после первого раза — обычно это так и происходит. А она терпит, каждый раз прощает. Чудо какое-то.
— Если не простит, то ты хотя бы поговоришь с ней нормально, а не как в прошлый раз.
Юноша хмыкает, а Кастиэль роняет голову на руки и глубоко вздыхает. Он знал, какую боль причинил Аннет, знал, сколько времени она не посещала школу в первое время их разрыва. Кастиэль постоянно расспрашивал Розалию, однажды даже нарвался на несколько неслабых ударов от девушки, но знал — это он заслужил.
***
Аннет проводила время за ноутбуком, не вдумываясь просматривая ленту какой-то соц.сети. От забавных фотографий кумиров на душе немного становилось полегче, чем было днем. В доме было холодно — сказывалось лето. Отопление давно отключили, а летние ночи еще были холодными.
Часы показывали час ночи, но девушка даже не думала пойти ложиться спать — уже успела сломать режим, и каждый раз ложилась когда ей будет угодно. Ну, или пока она настолько не устанет, что глаза будут слипаться сами собой.
Тишину прервал стук в дверь. Аннет подскочила на месте, а потом резко встала и побежала к двери. Но, чем ближе казалась дверь, тем больше девушка снижала скорость. Она заглянула в глазок, но ничего не было видно. Открывать дверь в час ночи, когда не знаешь, кто стоит с той стороны? Можем, умеем, практикуем.
Аннет включает в прихожей свет, распахивает дверь и видит его. И ноги прирастают к полу. У него в руках большой букет белоснежных ромашек, и пахнет от них свежестью, летним утром. Девушка не может поверить своим глазам, и с приоткрытым ртом смотрит на него.
— Пустишь?
Он слабо, немного грустно улыбается, протягивая ромашки. Она принимает букет и впускает его внутрь. Кастиэль входит, закрывая за собой дверь. Пару секунд молчит, пока Аннет ставит букет в вазу, а потом нежно касается ее запястья пальцами.
Затем, он прижимает ее к себе, а у нее срывается голос, когда она пытается заговорить с ним, оттолкнуть. Но, потом она уже сама цепляется за него так, будто за последнюю ниточку спасения.
— Прости, малышка, я не могу без тебя. Я не смог защитить тебя. Но чёрт возьми, я люблю тебя, слышишь?
Аннет кивает, улыбается, приближается к нему еще ближе. Он обнимает ее крепче, что-то неразборчиво говорит, а она только гладит его по волосам и смотрит в такие любимые серые глаза, что бликуют при свете ламп.
Он склоняется к ней и нежно целует, вкладывая в поцелуй всю ту тоску, что накопилась за эти месяцы. Через сколько преград им надо еще перебраться, чтобы наконец понять, что им суждено быть вместе? Аннет снова верит ему, но в этот раз она почему-то уверена, что теперь у них будет их долго и счастливо. Ведь, они любят друг друга, правда?
Впереди лето, впереди летние дни и ночи. Впереди любовь, их чувства, впереди они. Новые, обновленные, словно восставшие из пепла фениксы, они пойдут вперед вместе. Рука в руке, и больше ничто не сможет их разлучить. Ни за что на свете.
