Следуя традиции, принятой на Кавказе, давать детям немного хорошего вина в раннем возрасте, а также заветам моей матушки, что первое спиртное дети должны попробовать под присмотром родителей, а не где-то там в подворотне, Иван первый раз вино – домашнее вино из погребов моего свояка Эльдара – вкусил еще в дошкольном возрасте. Спиртное не было для него запретным плодом, и поэтому к совершеннолетию он, в смысле потребления винно-водочных изделий, пришел скорее целомудренным, нежели «опытным» мужчиной.
А секс-информация? Что-то я объяснял, что-то он постигал сам в общении со сверстниками и с телевизором. О степени познаний Ваньки в этом вопросе я судил, например, по тому, как он реагировал на разные анекдоты, когда его не получалось отогнать от нашей компании. Вообще, младший в свои ранние годы, которые А. Горький назвал «Детством», был активным потребителем анекдотов. И после того как закончился сериал про зайчика Тук-Тука, Иван постоянно приставал ко мне с просьбой рассказать новый анекдот. Однажды Иван сам выступил в роли рассказчика:
– Кукушка, кукушка, сколько лет мне осталось жить?
– Ку…
– Почему так ма…
Выслушав этот опус, я понял, что Ванька парень сообразительный и сможет понять достаточно тонкий юмор хороших, подчеркиваю – хороших, анекдотов. Я знаю большое их число, но вскоре все те, которые я имел право рассказать ребенку, закончились. Сборники анекдотов не помогали. Незашлакованная память Ивана быстро вычисляла бородатую особь.
И тут подоспела помощь. Меня пригласили на съемку передачи «Анекдот, анекдот», что снимали в концертном зале «Россия». Мы посоветовались с женой и решили взять Ивана на концерт. Главный концертный зал страны, телевизионная съемка… Никто со сцены не позволит себе ничего пошлого, решили мы. И семья в неполном составе отправилась в «Россию». Мы разделились – я пошел за кулисы готовиться к съемке, а Татьяна с Иваном – в зал.
Рассказчики сменяли один другого, анекдоты выдерживали формулу +12, и вдруг одна наша известная певица рассказывает:
– Встречаются два сперматозоида, один маленький, другой – взрослый и опытный.
– Научи жить, – обращается маленький к пожилому.
– Значит так, – отвечает наставник, – когда дадут старт, ты должен рвануть вперед и, невзирая на трудности, прибежать к финишу первым. Тогда у тебя будет шанс оплодотворить яйцеклетку и сохранить себя в потомстве на века. Понял?
– Понял.
Дали старт. Маленький рванул вперед и, преодолевая все препятствия и темноту, прибежал к финишу первым.
– Здравствуй, яйцеклетка, – прокричал сперматозоид-юниор.
– Я – не яйцеклетка. Я – кариес, – был ответ победителю.
Вот такая пошлятина. Смешно? Пожалуй, смешно, но опять же повторюсь, пошло. Но не об этом рассказ.
В это время в зале между Татьяной и нашим сынком происходит следующий разговор:
– Мама, а кто такой сперматозоид?
– Отстань, кончится концерт, спросишь у отца, – ответила педагог и по совместительству мама, надеясь, что Ванькина любознательность потухнет к концу представления. Но не тут-то было.
– Папа, кто такой сперматозоид? – спросил он, когда увидел меня по окончании съемки.
– Сынок, – приторным голосом начал я объяснять урок, – в жизни есть два начала – мужское и женское. Сперматозоид олицетворяет мужское, а яйцеклетка – женское.
– А-а, знаю… А когда они встречаются, получается детеныш.
– Правильно, – удовлетворенно вздохнул я.
– А кто такой кариес?
– А это, Ваня, такая болезнь зубов, – объяснила мама.
– А как же он туда попал? – в ужасе спросил Ванька и надолго задумался…
Но это не конец истории… Прошло года два после этого концерта, и однажды, придя домой после школы, раздеваясь, Ванька хитро взглянул на меня и сказал:
– Папа, а мне объяснили анекдот про кариес…
– Ну, теперь ты взрослый, сынок, – ответил я, – может, ты мне объяснишь тут одну вещь, а то я не совсем понимаю…
Дети росли, и мы с женой вместе с ними учились жизни. Они читали книги, которые мы им рекомендовали, а потом уже я, подсмотрев, что читает Иван, брал в руки ту же книгу, чтобы была возможность ее потом обсудить. Сначала это были «Диалоги» Монтеня – прочитал с удовольствием. А потом, к своему ужасу, обнаружил в руках у него Кафку… Облегченно вздохнул, когда Ванька сказал:
– Что-то меня Кафка не увлекает…
– Не переживай, я тоже его не сумел прочитать.
Расстраивало, когда Ваня начал выходить на сцену не под своей фамилией, а под псевдонимом… Но принял это, потому как понял: он хочет, чтобы его не обвиняли, что он продвигается за счет папеньки.
А сейчас начался новый цикл, и уже внучки радуют и огорчают, наполняя жизнь извечным смыслом. Вроде как моя известность – привычная среда обитания, и их не должны удивлять успех деда и бабки. Но у них свой мир… И вот младшая устраивает скандалешник, увидев меня в клипе с посторонней красивой тетей, а старшая Лиза была застукана, когда хвасталась перед подружками:
– А про меня дедушка написал три песни…
