Скучать Владимиру не пришлось. Его взяли на болгарское телевидение режиссером документальных фильмов. Наладился быт, родилась дочка Женя. Казалось, неугомонный кинематографист-математик, наконец, осядет и остепенится. Не вышло. В России грянула перестройка.
– Как многие в те годы, я верил, что вскоре жизнь изменится к лучшему, – говорил Сорокин. – Надежда, ностальгия – все смешалось, и я не выдержал. Вернулся в Куйбышев, на местное телевидение, перетащил за собой Лили. Теперь ей разрешили поселиться в городе, но работы не нашлось. По мере развития перестройки жить становилось все труднее, и через два года мы вновь перебрались в Софию.
Да вот незадача – перестройка последовала за семейной парой в Болгарию.
– Производство замерло, – вспоминал Владимир. – На киностудии «Бояна» вместо прежних двух десятков фильмов за год с трудом снимали два, на телевидении уволили 50 режиссеров, то есть половину. Профессия из престижной в одночасье стала никчемной. А на что надеяться русскому, когда вокруг бродят толпы безработных болгар?
И все же какой-то выход был, его не могло не быть. В это Сорокин верил твердо.
– Когда отчаяние подступило вплотную, я сел, взял чистый лист бумаги, разделил его на две части и начал составлять списки, – сказал Владимир. – Слева перечислил то, что нравится, справа – то, что на дух не переношу.
Перечитав левый столбец – путешествия, природа, нерегламентированный рабочий день, спорт – Сорокин вдруг понял, что эти, на первый взгляд разнородные понятия, взаимосвязаны. Если свести их воедино, то они означают… кругосветное путешествие на велосипеде.
– Чем больше я думал над этим, тем яснее становилось, что идея, казавшаяся поначалу странной, есть мое спасение, – говорил Владимир. – Я не могу, как Чехов, все вынимать из чернильницы. Мой конек – содержание, а не форма, следовательно, мне нужны новые яркие впечатления. У меня нет автомобиля и водительских прав, стало быть, отправляться в путь придется на велосипеде. Побывав в дальних странствиях, я смогу продолжать заниматься любимой творческой работой – делать документальные фильмы и писать книги.
На пути к осуществлению очередного, самого крутого поворота в жизни, стояло множество препятствий. Начать с того, что, кроме болгарского и куцых остатков школьного французского, языков Владимир не знал. К 1994 году, когда он созрел для первой поездки, дома не нашлось даже плохонькой камеры.
Помощь пришла с неожиданной стороны – от Атлантического клуба[10]. Представительство НАТО в Софии не только предоставило видеокамеру «Панасоник», но и выдало начинающему путешественнику рекомендательные письма. Не просто так, конечно. В ответ пришлось поделиться авторскими правами на будущие фильмы.
Нашлись и другие спонсоры. Все же благодаря работе на телевидении многие болгары знали Сорокина в лицо. Но все компании, согласившиеся посодействовать в велопробеге, снабжали его исключительно собственной продукцией, не забывая о рекламных наклейках. Когда же дошло до денег, их у Владимира набралось негусто – 700 долларов. Отступать, однако, было поздно. И, оставив большую часть жене, он с 300 баксами отважно двинулся в путь.
Дорога предстояла дальняя. Решив взять с места в карьер, Сорокин поставил себе целью добраться до Австралии. И вернуться домой, разумеется.
Трудности начались сразу же. Ехал Владимир от Болгарии, а паспорт у него был советский. Многое зависело от простой человеческой солидарности. Где-то ее проявляли, где-то нет. Приходилось выкручиваться.
Добравшись до Калькутты, Сорокин надолго там застрял. Через Бирму проезд запрещен. До Таиланда, следующего пункта назначения, суда не ходили, а самолет был явно не по карману. Выручил представитель «Аэрофлота». Он познакомил с индийским предпринимателем, поставлявшим в Болгарию чай. Тот попросил Владимира снять рекламный ролик, а расплатился авиабилетом до Бангкока.
Сколько и до, и после было подобных непредвиденных обстоятельств, грозивших пробегу бесславной кончиной. Что говорить о мелких происшествиях! В том же Таиланде, к примеру. Однажды в жаркий полдень Сорокину попалась на пути речка. Место казалось безлюдным, и усталый велосипедист с удовольствием бросился в прохладную воду. Вдоволь поплескавшись, он выбрался на берег и обнаружил, что за ним внимательно наблюдают десятка три обезьян. Владимир решил рассмотреть мартышек поближе, и вытащил из сумки орешки. Опрометчивый шаг, о котором тут же пришлось жестоко пожалеть. Обитателей таиландских джунглей не подманивать надо было, а всеми силами отпугивать.
Узрев лакомство, обезьяны разом кинулись на человека. Сорокина с разных сторон атаковали три мартышки. Воспользовавшись замешательством, они отобрали орехи. Тем временем остальные орудовали около велосипеда, выхватывая из сумок все, то попадалось. Опомнившись, Владимир бросился спасать драгоценную видеокамеру. С трудом отбившись и отъехав подальше, он обернулся. На пальмах под радостный гвалт шел дележ добычи. Среди листьев мелькали рулоны пленки, макароны, трусы…
