Они выходят от Слизнорта, когда часы бьют десять. Макгонагалл на пару минут задерживает Грейнджер в коридоре, они о чем-то тихо шепчутся и директор удаляется отдыхать со словами:
— Мистер Малфой, никогда не стесняйтесь просить помощи, если будут трудности... Мы с мисс Грейнджер поможем вам…
— Думаю, я справлюсь… Не стоит беспокоиться. — браво отвечает он вслед Макгонагал.
— Время покажет… — мудро отвечает Директор, не оборачиваясь. — Спокойной ночи, ребята!
— Спокойной ночи! — Драко поворачивается на каблуках, чтобы уйти, но Гермиона машет ему:
— Драко! Подожди!
Она идёт за ним. Дверь в его комнаты совсем рядом. Драко достаёт ключ.
— Стой! Ты забыл кое-что! — в его руки падают тяжёлые тетрадки в кожаных обложках — записи Слизнорта, которые ему нужно как можно скорее изучить.
Малфой открывает первую попавшуюся страницу.
Если у Снейпа записи аккуратные и выполнены каллиграфическим почерком, то записи нынешнего зельевара хаотичны и похожи на непереводимую абракадабру.
— Грейнджер, ты понимаешь, что здесь написано? — спрашивает он, протягивая тетрадь.
Гермиона закусывает губу, силясь разобрать и тут же быстро зачитывает рецепт зелья третьего курса. Драко смотрит, как открывается её рот и видит только соблазнительные губы. Она говорит, говорит, а он вспоминает, как целовал их совсем недавно. Желает снова почувствовать их вкус. Слизнуть этот влажный след, который она оставляет, проводя по ним языком. Нежно прикусить зубами. Уверенно проникнуть глубже языком…
Мерлин, о чем он только думает?
Рядом с ней он теряет способность трезво мыслить…
Черт побери, Малфой, слушай, что она говорит!
Гермиона замечает его повышенное внимание к её губам и моргает, удивленно подняв бровь. Её лицо вновь окрашивается в цвет розового заката.
— Малфой, ты слышал хоть слово? — тихо спрашивает Грейнджер.
— Пару слов услышал. — бурчит Драко, недовольный собой и своей слабостью, и выхватывает тетрадь из её рук. — Кажется, без тебя мне этого не разобрать…
Гермиона пожимает плечами:
— Я буду приходить на каждый твой урок до зимних каникул, так что помогу разобраться.
— А после зимних каникул?
— Директор ищет преподавателя, но возможно, тебе придётся вести зельеварение до конца года… Если не будешь против, конечно…
Драко молча смотрит на неё, думая, что вряд ли он продержится так долго. Его рот сам открывается и он произносит:
— Хочешь кофе? Мы могли бы ещё пообщаться в моей комнате, всё обсудить…
Гермиона реагирует совершенно неадекватно. Моргает и отпрыгивает от него, как от прокаженного. Но потом приходит в себя и неестественно громко смеется:
— Нееет, какой кофе на ночь глядя! Я пойду! Встретимся в понедельник на уроке зельеварения. Готовься!
Она поспешно идёт по коридору, но Драко вдруг задаёт ещё один вопрос, который заставляет её споткнуться на ровном месте:
— Грейнджер… Подожди… Скажи, что было потом?
Гермиона резко оборачивается и непонимающе хлопает ресницами:
— Ты о чём?
— Что было в тот вечер? Как мы добрались до Хогвартса? Я ничего не помню… — он делает к ней пару шагов, сжимая тетради. — О чем мы говорили? Я проводил тебя или нет? Мы о чем-то договорились? Может быть я что-то забыл, что-то важное, а ты думаешь, что я… Ну не знаю…
Она громко и нервно сглатывает и снова странно смеется:
— Да ничего не было! Ты проводил меня до Хогвартса и всё… Мы ни о чем таком важном не договаривались…
Драко сжимает губы. Неадекватное поведение Грейнджер сбивает с толку. И он делает ещё два шага к ней и становится так близко, что аромат её духов, ландышевый, нежный, приятно ласкает обоняние.
— Грейнджер, я что-то ляпнул тогда? — спрашивает он, прищуриваясь. — Обидел тебя?
— Малфой нет, успокойся! Если бы ты обидел меня, ты бы своё получил! — делает шаг назад.
Драко усмехается, но продолжает наступать:
— Если я вдруг обидел тебя… Я, серьёзно, ничего не помню… Я слишком много выпил… Помню, как мы целовались в снегу и всё… — Он произносит это, зная, что последует дальше.
Грейнджер краснеет так сильно, что он еле сдерживает смех и продолжает, сверля её взглядом:
— В общем, если я…
— Нет! — злится Гермиона и её громкий голос эхом отдаётся от каменных стен коридора. — Я же сказала, всё было хорошо! Ты вёл себя на редкость прилично!
Малфой поднимает бровь, нахально оглядывая её:
— То есть, было бы прилично сейчас поцеловать тебя?
Гермиона вытаращивает глаза и возмущенно открывает рот:
— Малфой! Да ты совсем… Это уже слишком!
Драко тихо смеётся, а она гневно скрещивает руки на груди:
— Нет, ты что, шутишь?
— Грейнджер, хватит дёргаться… Ты странно себя ведёшь, тебе не кажется?
— Малфой, прекрати! Давай прямо сейчас договоримся, что мы больше не будем вспоминать о том что произошло в прошлую субботу! А то мы не сработаемся!
Драко закусывает губу. Ну конечно, больше ни слова, ни единого слова о том, как же жарко и много они целовались в тот вечер. Как она трогала его, гладила его щеки, позволила прикоснуться к себе…
