— Смотрите-ка, — воскликнула Джинни. — На одном диване собралось Золотое трио, Серебряное и… — она задумалась, а Гермиона подсказала ей:
— И Бронзовое?
— Пусть будет Платиновое! — с усмешкой предложил Драко, Блейз и Пэнси одобрительно согласились.
— Какие вы хитрые! — почти восхитилась Полумна.
— Ну мы же слизеринцы! — гордо объявил Блейз, играя бровями. — Мы хитрые, умные и… очень сексуальные!
— О, дааа! — почти одновременно выдохнули Рон, Полумна и Гермиона.
Они смеялись, как закадычные друзья. Даже Гарри, казалось, расслабился и совершенно беззлобно улыбался, поглядывая на обнимающихся рядом с ним Гермиону и Драко.
Но после что-то пошло не так и Гермиона ругала себя за то, что не уследила за этим.
Они с Джинни отошли «попудрить носик», оставив Гарри и Драко по разным сторонам одного дивана. Гермиона настолько расслабилась, что даже и подумать не могла, что может что-то случиться. Они с подругой стояли у зеркала в туалетной комнате и обсуждали, что же написал Малфой в письме.
— Он в своём репертуаре. — хихикала рыжая, поправляя распавшиеся косы.
Она смешно скорчила мордашку изображая Малфоя и в его стиле, важно растягивая слова, проговорила:
— Начинается оно так — «Привет, Поттер и сёстры Уизли!»
— Что? Сёстры Уизли? — Гермиона фыркнула и звонко рассмеялась.
И действительно, Драко себе не изменяет. Не может не задеть Рона.
— Дааа, Рон чуть не порвал письмо в ту же секунду! — покачала головой Джинни, усмехаясь, и продолжила. — «Ваша подруга у нас, слизеринцев. И нас тут много, а Грейнджер совсем одна. Хотя это не факт. Выручайте её. Два условия: оставьте дома свои постные лица и забудьте на время непростительные и защитные заклинания… Новый год всё-таки.» — Она закатила глаза. — Ну ты представляешь? И время встречи и адрес камина в доме Забини. Мы решили, что не хотим бросать тебя в змеином логове… И я даже не предполагала, что в «плену» у слизеринцев окажется ещё и Полумна!
Они рассмеялись. Гермиона поправила короткое синее платье с блёстками, которое ей одолжила Паркинсон.
— Малфой умеет быть язвой… — проговорила она, мечтательно вспоминая, что с ней он совершенно другой.
Первой шум в гостиной услышала Джинни:
— Гермиона, там что-то происходит! — воскликнула она.
Они поскорее бросились туда откуда доносились гневные крики Гарри. Гермиона почувствовала, как её сердце ускорило ход от волнения. Что могло случиться всего за пять минут их отсутствия?
— Закрой свой рот! — рычал Малфой, стоя посреди комнаты со сжатыми кулаками. Он был взбешен, и его бледное лицо, казалось, стало ещё белее от ярости.
А Гарри, весь красный и всклокоченный, стоял напротив него в защитной стойке и держал в руке палочку, стиснув её до побелевших суставов.
Гермиона замерла у входа в гостиную вместе с Джинни, пытаясь понять в чем причина их ссоры.
— Это ты заткнись, ублюдок, и не смей вякать! Пусть она тебе верит, но я не верю! — выплюнул в ответ Поттер.
— И не надо! Мне срать — веришь ты мне или нет! Это твои проблемы, шрамоголовый придурок! — плевался Малфой словами, окидывая его своим самым ледяным взглядом.
— Может вы остановитесь? — раздражённо проговорил Блейз, он тоже встал с дивана и был готов пресечь любое опасное движение.
Но Гарри было мало. Гермиона видела, что друг разъярен и не хочет останавливаться.
— И если по совести, то ты должен сидеть в Азкабане! Там твоё место, в соседней камере рядом с твоим папочкой! — бросал он зло и этим ещё сильнее резал её сердце без ножа. — Тебе повезло, что твоя мать спасла меня, и что тогда, в своём мэноре, ты почему-то не выдал нас! Как ты сказал на суде: «Я понял, что змееголовый урод ведёт нас к такой жизни, которая может присниться только в кошмарном сне!» Понял он, ага!
— Ух ты, Поттер, уже цитируешь меня? Может тебе ещё автограф дать? — язвительно ёрничал Малфой с жёсткой полуухмылкой, словно ему всё равно, но Гермиона видела, что слова Гарри заставляют его нервничать ещё сильнее.
— Я помню, как ты выкручивался на суде! — продолжал Гарри с неприятной усмешкой, а Гермиона не узнавала своего обычно доброго и понимающего друга. — Ты трус и ублюдок! Схватился за Гермиону! Обрадовался, что она вытащит тебя из грязи в которую ты сам вляпался по самую белобрысую макушку! Да она просто пожалела тебя!
Драко яростно сжал челюсти, его рука метнулась к палочке в кармане брюк.
— Что ты делаешь, Гарри?! Зачем говоришь все эти гадости? Это неправда! — закричала Гермиона, обращая наконец на себя внимание Поттера, и кинулась к Малфою. — Драко, не надо!
Он бросил на неё взгляд полный злой горечи. Резко выдохнул и сжал ладонь в кулак, остановив себя от непоправимых действий.
— Лучше бы ты сдох, Поттер! — процедил слизеринец, поворачиваясь к её другу, и Гермиона в ужасе вздрогнула, жестокие слова заставили её оцепенеть.
А Драко сплюнул под ноги Гарри и быстрым шагом пронёсся на улицу, грохнув стеклянной дверью так сильно, что она чуть не рассыпалась на мелкие осколки. В гостиной воцарилась неуютная напряжённая тишина.
