И не успел сказать старик эти слова, как подул холодный ветер и в вихре льдинок появились перед ними Снегурочка с Ледяным Иваном.
14
— Ах! Вот ты где, хулиган! — сказал Дед Мороз, завидев Ивана, нахмурил брови, поднял посох, начал вихрь снежный подниматься. — Сейчас я тебе уши-то и откручу! Будешь знать, как Снегурочке дурью голову забивать!
— Погоди, погоди, дедушка! — воскликнула Снегурочка. — Не серчай ты на него, это я виновата! Я сама захотела сбежать!
— А помогала сбегать и прятаться тебе ты сама?
Опустила Снегурочка глаза.
— Не защищай меня ты, Снегурочка. — вышел вперед Ледяной Иван. — Да, помог я сбежать Снегурочке, потому что нельзя так с людьми-то! Разве она не сама должна выбирать, снежной девочкой ей оставаться, али человеком становиться?
— Еще мало пожила Снегурочка, мало жизни видела, чтобы принимать такие решения!
— Почему же вы за нее решаете, батюшка? — спросил Иван. — Разве вы отец ей родной?
— А ну! Не смей дерзить мне! Или худо тебе будет! Так ли ты отплатил мне за все, что я сделал для тебя? Предал меня и дерзишь?!
Отвернулся Иван.
— Не предавал я тебя. Хотел лишь помочь Снегурочке быть там, где она хочет.
Не нашел, что ответить Дед Мороз, сердито стал ходить взад-вперед, бороду поглаживать. Думать как поступить с Иваном-то.
— Иванушка, — шепотом спросила Снегурочка, увидев старика со старухой. — Это ли мои батюшка с матушкой?
— Так, Снегурочка. — сказал Иван.
Подошла к ним Снегурочка, хотели обнять ее старик со старухой, да нельзя было — растает. Рады были они видеть ее хотя бы живой и здоровой, и на минуту забыли о том, о чем с Морозом сейчас говорили. А как вспомнили — закручинились, потемнели их лица, опустили они глаза.
— Что такое, матушка? — спросила Снегурочка. — Обидел вас Дед Мороз?
— Нет, дочка, что ты. — отвечала старуха. Все же побаивалась она Деда Мороза. — Мы за тебя горюем.
— Что же вы горюете, коль я здесь, у дома родного?
Пришлось рассказать им о разговоре, который случился до ее появления.
— Не могли мы за тебя решать, милая. — сказал старик. — Дело за тобой.
И затихла полянка перед домом, ожидая Снегурочкиного решения. Ах, какой же тяжелый это был выбор! С одной стороны она могла схорониться от весны и солнца, но тогда закрыт ей путь к людям, так как и сама она не человек, и матушку с батюшкой не увидит больше. И весело было в царстве снежном, но как-то тоскливо, у людей Снегурочке нравилось больше. А если останется… Уже несколько дней лишь проживет, потому что идет весна, и зима скоро совсем отступит.
И решила Снегурочка.
— Если вы позволите, матушка, батюшка… Я с вами останусь.
Не знала Снегурочка, что такое страх, не боялась смерти, потому и сказала так.
Дед Мороз был дуже удивлен, он-то знал, что такое смерть, и не раз ее видел, хотя и сам не умирал никогда.
— Снегурочка, внучка, пожалей себя! Жить будешь во дворце как принцесса заморская, много проживешь, а тут и недели не протянешь!
— Спасибо тебе, дедушка Мороз, за доброту твою. Но не хочу я жить как принцесса заморская. Хочу жить как девица простая. Ничего, дедушка, ты не переживай за меня.
— Что ж… — протянул Дед Мороз. — Раз ты так решила… А с тобой мне что делать? — взглянул он грозно на Ледяного Ивана.
Помолчал немного Иван, потом ответил:
— Что хочешь, делай, хуже мне уже не будет.
— Не наказывай ты Иванушку, дедушка! Пощади! — взмолилась Снегурочка.
— Ты мне внучка, конечно, Снегурочка, но он знает, что виноват. Добрая ты, хотя и не человек. Но и я не человек, прощать не умею.
— Тогда беги, Иванушка! — воскликнула Снегурочка.
— Некуда ему бежать — здесь все мое, — отвечал Дед Мороз. — Никуда ему не скрыться от меня и свиты моей верной.
— Пусть так, но мы все равно спрятались от тебя и твоей свиты! — отвечала Снегурочка. — И ты не нашел нас!
Разозлился Дед Мороз на эти слова, грозно сверкнул очами на своих воинов снежных, на девиц-снежинок, на сестер Вьюгу и Стужу. Исчезли они с глаз долой, подальше от сердитого взгляда Деда Мороза. Закружил снежный вихрь Ивана, и унес его ветер далеко. Дед Мороз поднял свой посох, и пошла поземка по белому снегу.
— Прощай, Снегурочка! — сказал Дед Мороз. — Будьте здоровы, люди добрые! — забрался на снежную птицу и полетел вслед за Ледяным Иваном.
— Ой. — согнулась Снегурочка.
— Что такое, деточка, что случилось? — подбежали спешно к ней старик со старухой.
— Больно что-то сердечку стало…
Переглянулись старик со старухой, насторожились: снежная девочка чувствует боль?
— И глазам… — приложила пальцы белые к своим очам ясным Снегурочка, опустила лицо, а из глаз ее на руки упали снежинки, фигурные, узорчатые.
— Что это, батюшка, матушка? — протянула им руки со снежинками Снегурочка.
— Слезы такие, видать. — отвечал старик.
— Отчего же слезы, батюшка? Разве могу я плакать?
— Видать так.
— Ивана тебе жаль, вот ты и плачешь. — объяснила старуха.
— Но я ведь не человек, матушка.
— Так-то оно так… Нечего нам сказать тебе, дочка. — ответил старик. — Вот что, уже утро почти. Поспать нужно немного.
Взглянула на них Снегурочка и ответила:
— Вы идите. Я выспалась, батюшка. Еще здесь постою.
— До утра, дочка.
