— Ладно. — Пораздумав, сказал Иван. — Не останешься ты здесь одна, среди тьмы, ночи беспросветной, лесу дремучем.
Протянул он ей руку.
— Если веришь мне, пойдем.
Взглянула на Ивана Снегурочка, вложила свою руку в его. Крепко сжал Иван ее руку, дотронулся до ледяной завесы — она и осыпалась льдинками в снег. Вышли они из пещеры. Свистнул Ледяной Иван, примчался ветер, закружил в снежном вихре и понес их к дому Снегурочкиных родителей через лес.
13
А старик все шел за птицами и вели они его к дому. Добрался он только к ночи, и сам удивлялся тому. Хоть и зашел он в чащу, но не так далеко, чтобы весь день проплутать в лесу. Видать, помощники Деда Мороза постарались.
Вот и изба показалась. Идет к ней старик, птички щебечут впереди. Уже и не видать их ночью, идет старик только на их щебет. Да вот рукой подать до избы, и свет горит, видать старуха ждет его.
Но возникли вдруг перед ним воины снежные, выросли из сугробов, один за другим. Прилетела Стужа злющая, хотела заморозить старика, а не получилось у ней: съел ведь он рябиновых ягод. Позвала она сестру свою Вьюгу. Прилетела вьюга, закружила все вокруг.
Старуха сидит у окна, горькие слезы льет: дочка пропала, а теперь и муж любимый. Видит, кружит вьюга перед окном, а старика не видит. Только голос его как будто ей слышится, по имени зовет.
— Что же это?
Отмахнулась старуха, откуда муж ее появится, поди сгинул в лесу дремучем.
Но нет, снова по имени зовут ее, голосом старика. И хоть не видать через вьюгу ничего и никого, оделась старуха, вышла, кричит в ответ:
— Ау, ау, старик, ты ли это?
Долетают до старика только обрывки слов, но слышит он голос своей женушки.
— Что же это? — сквозь вьюгу не видать ничего, решил старик, что померещилось.
Но снова слышит:
— Ау-ау, Афоня!
— Слышу, слышу, Марьюшка, здесь я! — кричит в ответ старик.
Как же отрадно старухе было это слышать! Пошла она к мужу через вьюгу, а он к ней на негнущихся ногах, закрывается рукой от бури, слепит глаза, слезятся они, а снежные воины не пропускают его к старухе, стоят стеной.
— А ну, сгиньте вы, вояки-снеговики! — грозно сказал старик. — Не разлучайте меня вы с женой моей!
С неба вдруг крик послышался — то снежная птица летела, а на спине ее Де Мороз. От того крика задребезжали стекла в окнах, а все крыши увешали сосульки ледяные. Сошел Дед Мороз с птицы и сказал громко:
— Вот спасибо, что нашли дом Снегурочки. Здравствуйте, люди добрые, Снегурочкины родители названные!
— И тебе не хворать, Мороз. — отвечал старик. — Что тебе надобно у нас, стариков? Зачем послал ты своих помощников к нам?
— Пришел я за Снегурочкой! Сбежала она из царства моего снежного, а куда — неизвестно!
А старик знал, где дочка его и очень распереживался, что скоро она домой вернется, а здесь ее засада ждет.
— Зачем же ты пришел за дочкой нашей, Мороз? — спросила старуха.
— Затем, что не может быть дочкой людям живым девочка снежная, моя внучка она! Коль не вернулась Снегурочка, с вами как с ее родителями назваными потолкую. Не противьтесь вы мне, заберу я Снегурочку в снежное царство, будет она там счастлива!
— Почем тебе знать, что будет счастлива? — спросил старик.
— Потому что вокруг все будет родное, привычное ей, а здесь она на людей смотрит, и убивается о том, что человеком не может стать.
Верно говорил Дед Мороз. Вспомнила старуха, какой грустной была их доченька, когда узнала, что к весне растает, и никак ей человеком не стать.
— А у тебя в снежном царстве она схоронится и после весны?
— Так и есть. — отвечал Дед Мороз. — Все месяцы будет жить-поживать, горя не знать. Только больше вы ее никогда не увидите.
Молчали старик со старухой, не знали как поступить.
— Убери своих молодцов снежных, наконец сказал старик. — Посоветоваться нам нужно.
Стукнул тут же оземь посохом Дед Мороз, как сквозь снег провалились снежные воины, увидели друг друга старик со старухой, бросились друг к другу, обнялись. Вытер старик своей старухе слезы на глазах.
— Что делать будем, душа моя? — спросил он.
— Снегурочка и впрямь там лучше схоронится. Только ведь все же дитятко наше, как отдать, столько мы без дитятка-то… — не закончила старуха, залилась горькими слезами, уткнулась в мужа.
— Ну, ну, полно, полно. Да, все же дочка наша, как-никак, хоть ледяная, хоть снежная. Но коль ей там будет хорошо, жива она будет, да здорова…
— Ты прав, Афонюшка, — сказала старуха. — Не можем мы думать только о себе. Пусть Снегурочке будет лучше. Мы ее воспитали, как могли, научили тому, что сами умели… Только прости меня, кажется нехорошо без дочки за нее решать. Пущай сама решит.
— Мы вот как решили. — отвечал старик. — Пусть Снегурочка сама ответ даст, где ей оставаться. Скоро она здесь будет, сам ты и спроси у ней, Мороз.
Не понравился этот ответ Деду Морозу. Знал он, что Снегурочка потому и сбежала, что хотела вернуться к своим родителям названным.
— Откуда известно тебе, что Снегурочка будет здесь? — спросил он у старика.
— Прилетела ко мне птичка-невеличка и сказала об этом.
— Смеешься надо мной, старик?!
— Чистую правду говорю!
