С той стороны двери было тихо, не слышно: ни звука машин, ни голоса людей. Если меня не найдут, я умру от холода. От этой жуткой мысли защемило в груди. Возможно больше никогда не увижу свою доченьку, не поцелую её пухлые щёчки, не услышу звонкого смеха, слово мама, не посмотрю в эти зелёные глазки, как у её папы. Слёзы ползут по лицу и застывают, так горько и больно потерять всё из-за такой глупости. Надо было сразу ударить её чем-нибудь и бежать к Матвею. Боже, как же хочется оказаться в его тёплых, крепких объятиях, сказать, как сильно его люблю, ощутить вкус его губ, запах тела. Хочется увидеть маму и папу, попросить у них прощения, если когда-то их обидела. Поблагодарить Егора за его заботу и тепло, которую он дарил нам со Снежкой. Боже, помоги мне вернуться домой. Помоги остаться живой.
Когда в щель перестал светить дневной свет, я поняла, что наступает ночь. В щели стал дуть холодный сквозняк, от него замерзла ещё больше. Решила спуститься вниз на нижнею ступеньку. Свернулась в позе эмбриона, легла на левый бок, так как правый горел огнём после падения. Веки сами закрылись, погружая мое тело в сон.
Сколько я здесь нахожусь, не знаю. После каждого пробуждения поднимаюсь по лестнице к двери, если вижу свет, то зову на помощь, бью камнем по железной двери, терплю боль в голове от звука ударов, вот только мне никто не отвечает. Когда наступает ночь возвращаюсь обратно вниз. Моё состояние стало совсем невыносимым: поднялась температура, ужасная головная боль, в горле скребут наждаком. Сухой кашель, весь снег, что был около двери, закончился, его я использовала, как воду. Желудок издавал голодные звуки. Мне снятся сны: яркие, тёплые, мой любимый мужчина кружит меня на руках, Снежа смеётся, прыгает с Джеком вокруг нас. И в конце каждого сна Матвей со Снежей на руках, смотрят на меня с болью в глазах и просят вернуться к ним. Я плачу, тяну к ним руки, прошу побыть со мной ещё чуть-чуть, и вот Матвей подаёт мне руку, и … Я просыпаюсь, снова заливаясь горькими слезами, и снова ползу наверх…
Очередное пробуждение, на этот раз тяжёлое, что не хотелось открывать глаза. Но я ползу к двери, заношу руку, чтобы опереться и меня пронзает острая боль.
— Ох, — вою, трясу рукой.
Сажусь на ступеньку, второй рукой нащупываю горлышко от бутылки, которое вонзилось мне в правую ладонь. Сжимаю зубы, и вытаскиваю стекло, по руке течёт горячая жидкость, сжимаю в кулак и прижимаю к груди, качаю как ребёнка. Кровь не перестает течь, снимаю с шеи шёлковый шарфик и перематываю руку. Подождав ещё некоторое время, ползу дальше. Нахожу камень и снова начинаю стучать по двери, произносить слова о помощи не могу, голос пропал. С каждым новым ударом рука слабеет, пальцы с трудом удерживают камень.
— Эй, — удар с другой стороны, — там кто-то есть? — женский голос, звучит в ушах.
Не сразу соображаю, что голос реальный, продолжаю слабо стучать по двери.
— Эй! Вы меня слышите? — голос становится громче.
На этот раз я понимаю, меня кто-то нашёл.
— Д-дааа, — через боль шепчу хриплым голосом.
Видимо меня не слышно, вкладываю всю оставшуюся силу и бью по двери.
— Черт! Подождите я сейчас попробую сбить замок, — кричит девушка, — и от куда он здесьпоявился? — скорое себя, чем меня спрашивает она.
Следом раздаётся череда громких ударов, девушка матерится.
— Послушайте, у меня не получается, здесь нужен хотя бы лом, но не кирпич, он крошится, — тяжело дышит, — но я могу сбегать до посёлка и позвать на помощь, только это займёт минут тридцать в одну сторону, — говорит моя спасительница.
То ли от радости, то ли от бессилия не могу поднять руку, для удара.
— Эй! Вы слышите меня? Отзовитесь! — в голосе испуг, — чёрт, чёрт, чёрт, я сейчас попробую найти, какую ни будь трубу и сбить, этот чёртов замок, — кричит девушка.
И снова тишина, меня уже не трясёт от холода, тело болит, но не так сильно видимо я уже привыкла к этой боли.
— Я здесь! Слышите? Я здесь! Сейчас я вас освобожу, — кричат с той стороны.
Голос моей спасительницы: приятный, звонкий, успокаивающий. Скрежет метала, больно бьёт по ушам, он продолжается довольно долго.
— Да! Я это сделала, у меня получилось, — радостно вопит девушка.
Скрип тяжёлой двери, и меня слепит дневной свет, окутывает свежий, морозный поток воздуха.
— О боже! Девушка вы живы, — чувствую горячие руки на своих щеках, — сейчас, сейчас я вам помогу, вы только держитесь, — чувствую, как меня одевают во что-то, но тепла я не ощущаю.
Открываю глаза и первым, что я вижу, красивое лицо девушки, обрамлённое чёрными длинными волосами. Она нежно улыбается, хотя в глазах испуг.
— А тебя случайно не Арина зовут? — спрашивает незнакомка.
Киваю головой в знак согласия.
— Господи, да тебя же ищут повсюду!
Меня ищут, и нашли и это самое главное.
— Арина, меня зовут Аня, — называет свое имя, — послушай, я боюсь оставлять тебя одну. Нам надо добраться до окраины леса, там связь ловит, и мы вызовем подмогу. Я дотащу тебя на вон той еловой ветке, — показывает рукой в сторону, — в моём пуховике ты не должна сильно замёрзнуть, здесь недалеко, — торопливо говорит Аня.
