– Арчер забрал их и выбросил в унитаз. Он не верит в это дерьмо. Он знал, что может вылечить тебя без них.
– О. Понимаю.
– Сейчас ты в самом лучшем месте, Рейчел. Правда. Ты станешь прежней личностью и даже более того. Ты попала сюда не без причины.
Она снова улыбается, встает, забирает у меня поднос и остывший тост и оставляет чашку с кофе. Когда она выходит из комнаты, я слышу в голове звучный голос:
Я снова ощущаю золотое тепло в животе и отзвук какого-то милого чувства, которое испытывала когда-то, до того, как все прекрасное в мире умерло. И на мгновение у меня возникает надежда.
Всю первую половину дня я учусь вставать с кровати и ходить по комнате. Сначала я чувствую слабость и неуверенность и с радостью снова отправляюсь в постель. И сплю, а когда просыпаюсь, вижу у постели Софию с миской горячего супа на подносе.
– Привет, – говорит она со своим произношением хорошо образованного человека. – Так приятно видеть, что ты снова проснулась! Ты заставила нас поволноваться. Я принесла кое-какую еду, и ты обязана съесть ее целиком. Никаких споров.
Я не хочу с ней спорить. Я не могу отвести от нее глаз – так она красива. Длинные золотистые волосы падают на плечи, и у нее идеально гладкая загорелая кожа, как будто из рекламы косметического средства. Я знаю, что она и раньше хорошо выглядела, но сейчас она кажется сверхъестественной красавицей. Должно быть, я была заперта в затемненной комнате слишком долго.
София оставляет мне суп, и мне удается съесть его почти целиком. С едой приходит новый прилив энергии, я встаю с кровати и хожу по комнате, теперь с большей уверенностью. Осмелевшая, я направляюсь из спальни в ванную, радуясь, что мне больше не надо полагаться на постороннюю помощь, чтобы туда попасть. Я смутно вспоминаю, что меня приводили туда, поддерживая под руки с обеих сторон, осторожно опускали на унитаз и отводили обратно.
Все идет хорошо, пока я снова не выхожу в коридор, чтобы попасть в свою комнату. Энергия, которая поддерживала меня, исчезает; тяжело дыша, я прислоняюсь к стене и пытаюсь справиться с головокружением.
– Эй, эй! – Это Агнес спешит по коридору ко мне. – Ты в порядке? – В следующую секунду она обхватывает меня руками и поднимает. Она на удивление сильная. Помогая мне добрести до спальни, она говорит, и ее австралийский акцент кажется мне дружелюбным впервые с тех пор, как я встретилась с ней.
– Не надо себя заставлять. Арчер говорит, что ты только-только оправляешься, ты еще очень слаба. Я скажу ему, что с тобой надо провести еще один сеанс.
– Что он делает? – спрашиваю я, по-прежнему слабая, пока она доводит меня до кровати и усаживает. – Как это называется?
– Я не знаю, есть ли у этого название. Наверное, это сочетание нескольких практик. Точно есть какие-то элементы рэйки. Так, теперь мы садимся, так лучше? Арчер сам это все придумал. Он такой. Он все делает по-своему. Он лидер, а не последователь. Пионер. Он описывает нам себя как капитана корабля, плывущего в неизведанное. Вот только похоже, что ведает он многое. – Она усмехается мне. Я никогда не видела Агнес такой веселой. – Ну, как ты теперь?
– Лучше, благодарю.
– Это хорошо. Приходили эти старухи сестры, хотели тебя видеть. Арчер сказал нет. Он не любит, когда появляются посторонние. Особенно теперь, когда мы собираемся.
– Собираемся?
Агнес кивает:
– Да. Мы были заняты, пока ты оправлялась от… – Она слегка краснеет и быстро продолжает: – Люди прибывают из других домов, чтобы заняться подготовкой этого. Думаю, Арчер хочет сделать его своей штаб-квартирой. Теперь здесь много новых лиц, так что не удивляйся гаму. По всему дому идет работа.
– Правда? И вы все хранители? – спрашиваю я удивленно.
– Вроде того. – Агнес улыбается.
– И компания не возражает против ваших работ по дому?
– Ничуть. – Она беззаботно смеется. Настроение у нее явно сильно улучшилось с тех пор, как я впервые ее увидела. – Они это одобряют. Безусловно. Ну а теперь могу я забрать миску?
Во второй половине дня я снова сплю. Не знаю почему, но чувствую себя так, словно меня переехал грузовик. Или словно я пробежала какой-то адский марафон, снова и снова понукая себя добраться до финиша, пока внезапно не свалилась на землю, лишившись всех запасов энергии.
Тупое горе по-прежнему марширует в такт с биением моего сердца. Я чувствую жуткую вину за то, что дважды подвела Хедер. Я не смогла добраться до нее той ночью. Я привезла ее сюда и вновь потеряла.
