Как я поняла, магический ключ в этом мире – это как табельное оружие в нашем. Именно поэтому Тобиас так шугался меня, старался не нарываться лишний раз на наказания Каса – и вообще затаился по всем фронтам.
Парень надеялся самостоятельно поймать Мойну Ри Гвейр. Так бы он доказал и декану, и отцу, и себе, что может стать настоящим инквизитором, и ему бы простили незаконное владение ключом. Но главное – Тобиас очень хотел поговорить с Мойной наедине до того, как ее заберут в гильдию и отдадут под суд.
– Я должен был узнать, кто моя мать. Должен! Отец врал мне всю жизнь, я сто раз его спрашивал, а он отнекивался, менял тему…
– А с чего ты вообще взял, что имеешь какое-то отношение к ведьмам?
Тобиас замялся на мгновение, словно сомневался, стоит ли делиться со мной семейными тайнами, но потом все-таки решился.
– Я давно подозревал, – мрачно признался он. – Помню, когда впервые спросил, кто моя мама, отца аж перекосило. Он ответил, что она мертва – и точка. Потом я хотел побывать на ее могиле – та же реакция. Думал, ему просто больно вспоминать о любимой женщине… Но когда уже здесь, в Пилигриме, меня тестировали на магические способности, профессор Азариус был озадачен. Я подслушал, как он сказал ректору, мол, не знал бы, что это Ветури, решил бы, что мы ведьмака зачислили.
Но Маркус, естественно, отчитал профессора и запретил порочить доброе имя Ветури. Кому же нужны проблемы с попечительским советом? Однако Тобиас всерьез забеспокоился. Полез в библиотеку, стал искать информацию о ведьмах, о случаях рождения детей от смешанных союзов.
– И представь себе, там не было ничего вообще! – Тобиас вошел в азарт. – Ну, я не верю, что мой отец – первый, кто связался с ведьмой! Откопал только какие-то древние легенды, замшелые страшилки для детей. Знаешь, жил когда-то один архимаг, и вот соблазнила его ведьма, родила ему чудовище…
– Не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку, – машинально подсказала я.
– Ты что, тоже читала эту дурацкую книгу?! – опешил Тобиас.
– Нет, просто предполагаю. Так, и что было дальше?
А дальше было вот что. Библиотекарша Ивельда пожалела парня и выдала ему конфискованные записки ведьм, в которых рассказывалось про особые зелья, способные проявить ведьмину кровь. Воодушевившись, Тобиас взял пропуск на выход и отправился в Крейвик, маленький городок, который издавна облюбовали ведьмы.
Там-то он и столкнулся с одной красавицей – во всяком случае, при упоминании о ней у Тобиаса глаза подернулись дымкой, – которая была чрезвычайно мила, специально сварила нужное зелье и подтвердила опасения Ветури-младшего.
Перед Тобиасом встал закономерный вопрос: если его мать – ведьма, то как ее зовут? Почему она бросила новорожденного сына, почему не появлялась все эти годы, жива ли вообще?
С этим красавица помочь уже не смогла. Она заявила, что о таких вещах могут знать только старшие ведьмы, главы ковенов, – у них это строго отслеживается.
Тобиас вернулся в Пилигрим и начал с удвоенным энтузиазмом штудировать библиотеку: искал любую информацию про разные ковены, про их иерархию. Но тут в академии появилась я, и Тобиас усмотрел в этом знак. Все же Мойна – глава туманного ковена и должна была владеть информацией. Правда, бедный парень и предположить не мог, что информация окажется именно такой.
Тобиас сложил показания Мойны с оправданиями отца, и у него получилась следующая картинка. Рикс Ветури в свое время позарился на симпатичную юную ведьмочку, а потом, когда она забеременела, испугался за свою репутацию. Он удерживал ведьму у себя до самых родов, после чего забрал младенца, чтобы бывшая любовница не могла шантажировать его. И для надежности стер ей память.
Мойна, по ее словам, спохватилась слишком поздно. Она не знала, кто обесчестил ее дочь, но невозможно скрыть недавние роды. Несколько лет молодая ведьма сходила с ума, пытаясь понять, что с ней произошло и где ее ребенок.
Она охотилась за верховными магами, допрашивала каждого, все это переросло в паранойю, она даже украла какого-то мальчика, приняв за своего сына. И вот тут-то дело безумной туманной ведьмы досталось Кассию.
Выглядело все не лучшим образом: похитительница детей, вдобавок не совсем здоровая. Как того и требовали законы, Кас лишил ее магии и отдал под суд.
– Теперь будут повторные разбирательства по делу моей… – Тобиас запнулся. – В общем, ты поняла. Отца лишили места в совете, а я не могу продолжать обучение. Они все считают, что, раз я наполовину ведьмак, мне здесь нечего делать и доверять мне нельзя. Ключ я, видите ли, украл. Как он у тебя оказался, Арина?! Скажи им, что это ты взяла его!
– Взяла, – кивнула я. – Но из клетки Плюшки. И это точно был ключ Каса, ты же сам видел, что он сработал!
– Тогда я вообще не знаю… – Тобиас взъерошил волосы. – Может, я схожу с ума, как моя мать? Я же точно помню, как готовил себе артефакт! И потом: я даже не заходил в кабинет мессира, спроси у кого хочешь! В тот день Нериус отправил меня за магрелками, и я был в общежитии артефакторов, клянусь!
