— Собирайтесь! Пойдемте на колдуна смотреть! — глаза юноши горели диким любопытством.
Меня уговаривать не нужно было, я быстренько переоделась, поправила прическу и готова была выходить.
Динэль провозилась больше всех, прикалывая к прическе вычурную шляпку с вуалью, но, наконец, собралась и она. Хозяйский сын уже нетерпеливо приплясывал у двери, я с трудом удерживала себя в руках, чтобы не вести себя так же, как он.
До центральной площади от кондитерской лавки не слишком далеко, и сам Энгрис-то невелик, но пройтись все же пришлось. Погода сегодня радовала уже тем, что с неба ничего не лилось, хотя и солнышка не было — сплошные ряды темных, тяжелых туч. Легкий ветерок, задувающий с юга, был теплым и пах сыростью и сладостью перегнивающих опавших листьев, к ним примешивался легкий грибной запах. Если рискнуть, не побояться расквашенных дорог и выбраться куда-нибудь в лес, то, наверняка, можно набрать корзинку-другую грибов.
К тому моменту, как мы добрались, площадь по краю и все прилегающие улочки и переулочки занимала толпа народу. Мне стало досадно, что мы прождали Динэль и так припозднились. Теперь будем стоять в задним рядах и не сможем ничего толком рассмотреть. А так хотелось увидеть мага при дневном свете.
Мальчишки, из тех, что половчее, гроздьями повисли на фонарных столбах, будто сейчас здесь человек не работать будет, а цирковое представление покажут.
Центральная площадь Энгриса довольно большая, на нее выходят фасадом ратуша, единственный в городе театр, да-да есть у нас и такой, небольшой музей, посвященный истории города, несколько самых крупных магазинов. В центре площади, там, где в других городах обычно красуется фонтан, растет старая-престарая яблоня сорта Грисовка. Говорили, что в қорнях этой яблони расположена маленькая магическая аномалия, иначе как плодовое дерево могло жить уҗе несколько сотен лет, достичь такого обхвата, а обхватить ее с напрягом могла только пара крупных мужчин, быть абсолютно здоровым и обильно плодоносить каждую осень. Как правило, дерево на площади никто не обрабатывал от вредителей и болезней, но его листва поражала размерами, чистотой и красивой зеленью, а на крупных светло-желтых плoдах не было ни паршинки, ни червоточинки.
Эта старая яблоня была таким же символом города, как наша знаменитая пастила. Ходили легенды, что дерево с центральной площади прародитель всех яблонь сорта Грисовка. У Энгриса и на гербе светло-желтое яблоко характерной формы.
Маг расположился чуть в стороне от главного дерева. Сегодня он был без цилиндра, волосы завязал в небрежный пучок, чтобы только в глаза не лезли, саквояж стоял на скамейке, возле него шевелилось что-то небольшое и черное, то ли кот, то ли маленькая собачка. Вытащив чтo-то из саквояжа, маг попросил толпу расступиться ещё больше и принялся чертить прямо на мостовой.
Пожалуй, в первый раз я порадовалась собственному высокому росту и острому зрению, хоть сзади кто-то пихался и недовольно сопел.
Маг ползал на четвереньках, рисуя чертеж. Завершив работу, удовлетворенно оглядел собственное творение, поправил что-то в паре мест. Затем принялся доставать разные приспособления и расставлять их на чертеже. Придирчиво осмотрел все еще раз, потом встал в центр рисунка, воздел руки вверх, прямо как маги на картинках. Толпа непроизвольно отпрянула назад, кто-то, придавленный, вскрикнул. Вокруг мага начал закручиваться темный, почти неразличимый вихрь, он становился все шире и ярче, пока не дошел до границ чертежа, и поднимался все выше и выше… Тучи тоже будто бы начали вращаться. И их вращение становилoсь все более явным, происходило все быстрее и быстрее. Над магом они разошлись, и вниз, освещая фигуру в черном, упал солнечный луч. Тут же темный вихрь пропал, маг устало опустил руки и весь будто поник.
— Ничего не получилось что ли? — раздалось неподалеку от меня в тишине.
Люди зароптали. Но замолчали, когда по толпе пронесся порыв ледяного, пока ещё не ветра, но ветерка.
Он растрепал мне волосы, заставил поежиться, вздернул вуаль на шляпке Динэль, сорвал остатки листьев со старой яблони, потеребив ее ветви. И уже уверенно загудел в трубах, раскрутил флюгеры. Темная масса туч, неторопливо двигавшая с юга на север, медленно, но прямо на глазах, меняла направление движения. И те тучи, что, подгоняемые холодным ветром, более светлые, но пухлые и плотные, плыли с севера, даже скорее неслись, гораздо быстрее.
Не успели оглянуться, как с неба посыпались мелкие, почти прозрaчные, но самые настоящие снежинки! Люди радостно закричали, приветствуя долгожданный снег. Это был еще не полноценный снегопад, а только его предвестник, разведчик зимы, но обнадеженные жители Энгриса очень приободрились и оживились.
Маг собрал в саквояж приспособления для колдовства, потом затер подошвой линии рисунка.
Я решила подать пример и захлопала в ладоши. Мою идею подхватили, вскоре аплодировали и одобрительно улюлюкали все пришедшие.