– Так, родные! – скомандовал Сема. – Разгружаемся! Мальчики – на вас палатки. Дамы займутся очагом и уютом.
– Да вот еще, – фыркнула Настя, выхватывая банку пива из ящика, который нес молчаливый Леша. – Уют, тепло и я – вещи несовместимые. А вот бухич – родной братик.
– Это потому что ты злая пизда, – кивнула я. – Но я, пожалуй, тоже от пива не откажусь.
– Налетай, красотуля. Пока Сема окончательно не припряг кашу варить. Как-то раз он натурально Ладку заебал, чтобы та гречку с тушенкой в котелке забубенила. Ну, Лада и сделала. Такое, что жрать невозможно. Котелок тот закопать пришлось. Воняло нещадно. С тех пор к готовке ее никто не привлекает.
– Удобно, – улыбнулась я, смотря на Ладу. Та, закрыв машину, прогуливалась по полянке, где будет разбит наш лагерь. Остальные тоже разбрелись кто куда.
Олег, Марк, Леша и остальные мужчины занялись палатками. Командовал ими, естественно, Сема, чей голос в лесной тишине звучал не грозно, а приглушенно. Веня обкладывал камнями будущий костер. И где он только камни в лесу нарыл? Вопросец, да. Мама Валя и Катерина Львовна с двумя актрисами, Светой и Тоней, обсуждали, что надо готовить в первую очередь, а Лада с ехидной улыбкой за этим наблюдала. Настя уткнулась в блокнот, изредка прерываясь, чтобы глотнуть пива и послушать Сережу, который играл на гитаре. Играл он хорошо, может быть, поэтому его не запрягли работать. Ну, либо от карлика только и пользы было, что звуковое сопровождение. Ну а я, пользуясь моментом, пошла знакомиться с людьми, которые были крайне редкими гостями на съемочной площадке. Бухгалтеру и «теневому связному» – Лике, обеспечивающей Сему заказами, монтажеру Андрею и невзрачной женщине, которую звали Роза, и которая, опять же, была женой нашего «доброго» режиссера. Настя как-то обмолвилась, что настоящим управляющим является именно она, но глядя на Розу в это как-то не верилось. Не верилось, что эта худенькая тетушка с глубоко запавшими карими глазами вертела всем. Однако стоило ей открыть рот и что-то сказать своему супругу, как тот вжимал головенку в плечи и беспрекословно выполнял все, что пожелает жена.
– Привет, мы, кажется, незнакомы, – улыбнулась я, подходя к Лике – красивой, высокой женщине в весьма неплохом спортивном костюме. Лика, как и я, презирала длинные волосы, отдав предпочтение короткой прическе, в ушах поблескивали бриллиантовые «гвоздики», а на руке я увидела довольно неплохие часики. Ну, хули тут удивляться. Бухгалтеры – народ зажиточный. А если Лика являлась поставщиком заказов, то было ясно, что Сема не обделял своего бухгалтера деньгами.
– Лично незнакомы, – улыбнулась она, приподнимая на уровень глаз пластиковый стакан с вискариком. – Анжелика. Можно просто Лика. А ты Женя, так?
– Женя.
– Актриса, если мне не изменяет память?
– Скорее актриса на подхвате, – хмыкнула я. – До уровня Лады мне еще далеко.
– Ну, было бы желание, – усмехнулась Лика. Она повернулась к упитанному пареньку в черной футболке с принтом альбома «Blind Guardian» и протянула свой стакан. – Андрюш, плеснешь еще?
– Ага, ща, – кивнул тот, вытаскивая из сумки початую бутылку виски. Однако Лика скривилась, увидев, что тот достал «Белую кобылу».
– Другой, тот, что Сема для себя заныкал, – мотнула она головой. Андрей понимающе улыбнулся и, повозившись, вытащил бутылку «Маккалахана». – Вот, другое дело. «Кобылу» сами пейте. С колой самое-то. А я чистый люблю. Роза Викторовна. Присоединитесь?
– Вина, пожалуй, глотну, – рассмеялась жена Семы, присаживаясь рядом. Она поджала губы, услышав голос мужа, который грязно ругался, не в силах справиться с палаткой. – Все же творческий человек совершенно неприспособлен к бытовым проблемам.
– Ну, палатку поставить – тут мастерство нужно, – вставил Андрей, с громким «чпок» открывая банку пива.
– Я вас умоляю, Андрюша, – вздохнула Роза. – Сема розетку-то подключить не в состоянии. Два провода всего… А вы о палатке говорите.
– Помощников там хватает, – кивнула я в сторону Олега и Марка. Те, смеясь, сами взялись за палатку, уронившую авторитет режиссера.
– И то прекрасно, – снова вздохнула Роза. – А то опять покалечится. Как с розеткой, когда его током ударило.
– Сильно? – улыбнулся Андрей.
– Неприятно. Тряхнуло несильно, но Сема на лестнице стоял, и с этой лестницы упал, ногу поломав.
– Запомним. К розеткам господина режиссера не подпускать.
– Правильное решение. Пусть уж творит лучше, чем в ремонт играется, – ехидно хихикнула Роза, пригубив вино. Ее маленькие черные глазки неожиданно остановились на мне. – А вы… Вы же Женя, так? Фею играли.
– Видели? – удивилась я.
– А как же. Прежде чем готовый материал клиенту отправить, надо удостовериться, что все сделано на уровне, – кивнула Роза. – Что ж, милая… могу вас заверить, что талант у вас есть. Все дело в практике.
– И в отсутствии стыда, – добавила я, заставив ее улыбнуться.
– Получилось годно, – вставил свое мнение Андрей. Он виновато хмыкнул, увидев, как я покраснела от смущения. – Ну, прости. Работа у меня такая. Я ж отсматриваю весь материал прежде, чем лепить из него фильм.
