— Мы едем на свадьбу. Да хватит уже выпучивать глаза! Ты о дресс-коде вообще слышал?
***********
Рома замер, сунул палец в ухо и немного потряс, надеясь, что ослышался.
— Время, время! — Вадик раздраженно постучал по запястью, хотя часов давно не носил. — Ты же не хочешь опоздать?!
— На свадьбу — к Юне?! — Рома растерянно моргнул. — Нет, конечно!
— Тогда одевайся быстрее!
— Нет — не в смысле не хочу опоздать. Нет — в смысле, ты охренел, что ли?! Не поеду я туда! Ты что удумал?
— Вот как знал, что нельзя тебя сразу посвящать в детали! Едем, по дороге узнаешь.
— Вадь, я не буду срывать ее свадьбу! Думаешь, в нашем ЗАГСе скажут что-то типа «а теперь, если у кого-то есть возражения…»? И тут я такой ворвусь, признаюсь в любви, и она прыгнет ко мне на руки?
— С ума сошел? — Вадик хмыкнул. — Мы же не хотим заработать тебе грыжу! Собирайся, кому говорят!
— Слушай, я тебя давно знаю. Поэтому заранее на все твои безумные схемы — нет. Не-е-ет. От слова «совсем». Она приняла решение, и я не буду ей мешать, потому что…
— Потому что вы оба такие идиоты, каких еще поискать! — рассердился Вадик. — Ты хочешь с ней поговорить или нет? Хочешь, чтобы она знала все факты, прежде чем подписаться на геморрой под названием «Игорь»?! Если б ты ее любил, то под лимузин лег, но не ушел, пока бы она все не узнала. Короче. Либо ты едешь со мной, либо сиди тут, жалей себя, пока твою Юну берут в оборот. Я умываю руки.
Рома прикусил язык, не зная, как ответить и, что еще хуже, как поступить. Попытался представить перед собой весы. На одной чаше — Юна. Которая выходит замуж за человека, который морочит ей голову. Который не любит его и озабочен только тендером. На другой — Рома. Чем он рискует, если согласиться на авантюру Вадика? В лучшем случае — просто будет выглядеть глупым и жалким ничтожеством. В худшем — загремит с товарищем на пятнадцать суток. По сравнению с целой жизнью бок о бок с Игорем, на которую обрекает себя Юна…
— Пять минут, — буркнул он и метнулся в свою комнату. Парадный костюм болтался на вешалке в шкафу, чуть запыленный, еще со времен вручения дипломов в институте. Рома натянул его так быстро, как только мог, изо всех сил втянув живот, застегнул штаны. В конце концов, не только у девушек бывают проблемы с фигурой.
Когда Рома обулся и сунул паспорт и бумажник во внутренний карман, Вадик был уже на низком старте. Горящий взгляд, резкие, чуть дерганные движения, пружинящая походка… Судя по всему, Купрянова прямо-таки раздирало от предвкушения. Рома же подобных чувств разделить не мог, мучимый неприятными догадками. Фантазия Вадика не знала границ и не дружила с уголовным кодексом. И первое тому доказательство Рома увидел уже у подъезда.
Прямо перед лавочкой с местным советом старейшин был припаркован, собирая любопытных зрителей со всего двора, самый настоящий лимузин. Длинный белый и отполированный до такой степени, что перед капотом можно было бы спокойно побриться донельзя заостренной катаной.
— Это… чего? — Рома озадаченно взглянул на свое растянутое вбок, как в комнате смеха, отражение.
— Это стоит до фига в час, — деловито сообщил Вадик и галантно распахнул пассажирскую дверцу. — Запрыгивай, принцесса.
— Совсем стыд потеряли, гамадрилы несчастные, — донеслось с лавочки, прежде чем дверца захлопнулась, и Рома очутился в прохладной тишине салона.
— И что дальше? — спросил Кулешов, ощупывая сиденья, обитые мягкой светлой кожей.
— Следующая точка нашего маршрута — невеста, — Вадик включил зажигание. — Ну и капризы у них, скажу я тебе! Из всех лимузинов заказать самый дорогой! Я чуть кишки не выронил, пока носился по Москве и искал такой же. Кстати, с тебя половина суммы.
Рома решил руководствоваться соображением «меньше знаешь — крепче стул». Подумал, что без лишних подробностей будет нервничать не так сильно, и в итоге не опозорится перед Юной постыдными неприятностями. Потому что пока желудок крутило так сильно, что надежды на достойный выход из лимузина оставалось крайне мало. С самых госэкзаменов не вспоминал об этих ощущениях — и вот оно. Дожил.
— Они вроде в Хамовническом ЗАГСе, — заговорил Рома, не выдержав гнетущей тишины. — Это тебе надо было лучше направо…
— А кто говорил, что мы в ЗАГС? — преспокойно парировал Вадик.
— Так дом у нее тоже в другой стороне…
— И это устаревшая информация, — Вадик побарабанил пальцами по рулю, напевая что-то из ранних «Песняров».
И в тот момент, когда у Ромы закончились версии, Вадик затормозил у незнакомого дома.
— Машина подана, — довольно пробормотал он и сверился с часами на приборной панели. — Как в аптеке!
— Но откуда здесь… — начал было Рома, как вдруг услышал пиликанье домофона, и из подъезда показалась Юна с еще одной участницей конкурса красоты. На Юне было то самое платье, которое она порвала на показе, и Рома не сдержал улыбки. Оно ей удивительно шло.
— Так, а сейчас залезь поглубже, чтобы тебя не было видно с улицы, и толкни дверь, — тихо скомандовал Вадик, и Рома машинально подчинился.
— Ну, дорогая, — донесся с улицы девичий голос. — Поздравляю! Удачи, совет да любовь и все такое.
