— Доигралась?! — взревел Лебедев. — Зря я не порол тебя в детстве, чертова избалованная эгоистка! Ты хоть представляешь, сколько мне пришлось возиться в журналистами? Оправдываться перед гостями! Серьезные люди…
— Рома здесь ни при чем, — Юна подошла ближе и выхватила у отца паспорт. — Давай, ударь меня! Сорвала тебе схему с тендером? Ну же, вперед! Как ты решаешь все вопросы? Ухо мне отрежь, в бетон закатай. Так ты работаешь, да?
— Ты понятия не имеешь, о чем…
— Вот в первый раз в жизни как раз имею! — Юна вздернула подбородок. — Толстая, некрасивая, без слез не взглянешь… Вау! Каждая дочь мечтает такое услышать в день свадьбы!
*********
— Ты не понимаешь, я тебя защищал от этого альфонса!
— От этого защищал, а другому решил поднести на блюдечке?
— Эта сделка, Юна, обеспечила бы тебе будущее, — процедил Лебедев. — А теперь…
— В общем, так, — она схватила со стола нож, обошла вокруг Ромы и разрезала скотч, который удерживал Кулешова на стуле. — Деньги за свадьбу я тебе верну. Сама. До копейки. Переведу на счет, реквизиты твои у меня есть.
— Не смеши! — пренебрежительно фыркнул Лебедев. — Где ты их возьмешь?
— В понедельник я подписываю контракт с Матлаховой.
— Какой контракт?
— Как модель. Я буду лицом ее новой линии одежды. Через неделю у меня съемки в Лондоне. Так что деньги будут, не сразу — но будут, — Юна с вызовом посмотрела отцу в глаза. — Знаю, у меня дурные гены, папа. Но я не вру.
— Да как ты… — Лебедев возмущенно глотнул воздух. — Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне!
— Не волнуйся, больше ты этого не услышишь. И меня ты больше не увидишь. На случай, если ты не понял: дочери у тебя больше нет. Придумай, как донести это до прессы, потому что я еще не раз появлюсь в западных журналах.
— Юна… Подожди…
— Удачи с тендером, Лев Львович. Не вижу смысла из-за меня отменять сделку, — Юна бросила нож на стол и взглянула на Рому. — Ты идешь?
Рома вскочил и последовал за ней к выходу. Он никогда еще не видел Юну такой жесткой и хладнокровной, даже слегка опешил от неожиданности. На мгновение Кулешову закралась странная мысль: Юна в чем-то сильно похожа на отца, хоть сама и не подозревает об этом. Рома догадывался, что эту сцену с гангстерским похищением Лебедев затеял не ради денег. Конечно, сумма немалая, но вряд ли настолько критичная для человека, который живет в пентхаусе и разъезжает на «майбахе». Нет, Лебедев боялся, что его дочь может оказаться жертвой мошенника. Защищал единственного ребенка, пусть и таким извращенным способом.
Вадик ждал их в такси поодаль, видимо, предпочел не высовываться и не попадаться на глаза разъяренному депутату.
— Ну, как все прошло? — поинтересовался Вадик, когда Юна с Ромой в полном молчании сели назад, и водитель тронулся. — Что нового?
— Думаю, Юна пока не хочет об этом говорить, — тихо ответил Рома.
— Да нет, почему же… — Юна с наигранным равнодушием пожала плечами. — Мой отец — бандит. Та-дам!
— Ну, в этом и так никто не сомневался, — Вадик хмыкнул. — А что нового?
Рома пнул друга через спинку за чудовищную бестактность. Ясное дело, никто не питал иллюзий насчет Лебедева, но для Юны-то он — отец…
— Нет, он прав… — Юна вздохнула и отвернулась к окну. — Я на счетчике у своего папы. Вот как чувствовала, что не надо было заказывать столько лишней ерунды…
— Это за свадьбу? — спросил Вадик.
— Да, — Рома накрыл Юнину ладонь и ободряюще сжал. — Ты бы видел… Зал на триста человек, все накрыто. Цветы, торт… Дикие деньги.
— Где бы их теперь достать… — уныло протянула Юна.
— В смысле? Разве ты не подписываешь контракт? А съемка в Лондоне?
— Ром, ты сам подумай, когда бы я успела? — Юна выразительно взглянула на него. — Нет, Матлахова предлагала, но сумму я даже близко не представляю. И в Лондоне никакой съемки. Я даже не знаю, победила я или нет…
— Давай я помогу, — Рома погладил ее по щеке. — Продам фотоаппарат, возьму еще кредит…
— Воу-воу-воу! — тут же возмутился Вадик. — Я тебе сейчас продам фотоаппарат! Значит, слушаем сюда. Юна, соберись, мне нужны подробности. Гостей триста? Зал накрыт? До скольки оплачен ресторан? Музыканты будут? Еда будет?
— Вадь, если ты собрался покутить на шару, то вот вообще не вовремя, — одернул друга Рома.
— Ты примитивный, как… — Вадик замялся и, так и не подобрав нужного слова, презрительно фыркнул. — Короче. Лучший способ вернуть деньги за свадьбу — это продать свадьбу. Юн, звони организатор и скажи, чтобы пока ничего не отменяла. Торт, меню… Все.
— И кто у тебя купит свадьбу на сегодня? — с сомнением протянул Рома.
— А ты новости вообще не читаешь! Сегодня сын этого женится… Ну, с волосами такой… — Вадик защелкал пальцами. — Песня у него еще… Нэй-нэй-нэй…
— Допустим, только не пой, ради Бога! — торопливо перебил Рома. — И?
— У них ресторан не так далеко. И вот представь: едут молодые из ЗАГСа, совет да любовь, а в ресторане канализацию прорвало! Все плавает в дерьме…
— Вадик! — Рома покосился на Юну.
