Ее ноги двигались на автопилоте, когда девушка ходила туда-сюда по делам в ветклинике. Она с трудом говорила с Джексоном, не то чтобы он заметил, поскольку постоянно избегал ее. Она никогда не хотела, чтобы день закончился так плохо, как этот. После того информационного извержения мистер Суини неосознанно придал ей ответственности, она решила, что пришло время противостоять этому так называемому Песочному человеку. Если он стоял за ее сном, то из того, что она поняла, он должен будет находиться в комнате вместе с ней. Она вздрогнула при мысли, что кто-то смотрел, как она спит. Пытаться контролировать ее посредством снов, было достаточно жутко, но если Ткач смотрел, как она спит, пуская слюни, ну, это было совсем другим делом. К тому времени, как Серенити покинула клинику, была так взвинчена, что казалось, будто только что выпила десять банок газировки и запила их энергетиками.
«Возьми себя в руки, Сара», — говорила она себе, выруливая на подъездную дорожку тети и дяди. Первым, что она заметила, было то, что Уэйн все еще не вернулся из своей охотничьей экспедиции. По крайней мере, на одного человека меньше придется убеждать, что с ней все в порядке. Она представила, что у Дарлы появится некоторые опасения, если она продолжит переминаться с ноги на ногу, как трехлетка желающая помочиться. Она сделала несколько глубоких вдохов прежде, чем, наконец, войти внутрь.
— Привет, дорогая, — поприветствовала ее тетя Дарла, подняв взгляд от книги, которую читала. — Как прошел день?
«Держи себя в руках», — сказала она себе.
— Хорошо, — кивнула она и потом заметила, что слишком быстро мотает головой. Она выровнялась, чтоб прекратить это и улыбнулась тете. Она была совершенно уверена, что это была одна из тех широких улыбок, которая заставляла ее выглядеть так, будто ей сделали слишком сильную круговую подтяжку лица. — Я просто собираюсь, то есть, я просто очень устала, трудный день, — она запиналась, пытаясь выглядеть расслабленной, она указала в направлении своей комнаты. — Я собираюсь прилечь.
«Вот, справилась, уверена, она не сможет заподозрить меня сейчас».
— Ты уверена, что все в порядке? — тетя Дарла уставилась на нее.
«Вот дерьмо», — зарычала на себя Серенити.
— Да, я просто немного рассеянная, потому что у меня много домашней работы, и я устала.
Дарла смотрела на нее еще минуту, заставляя Серенити чувствовать себя недавно найденным жуком под микроскопом. В конце концов, она решила, что Серенити говорит правду.
— Ладно, тогда тебе лучше заняться этим. Я принесу тебе ужин через час.
— Спасибо, тетя Дарла, — сказала девушка в ответ, начав идти, прежде чем «не за что» вылетело изо рта ее тети.
Серенити закрыла дверь своей спальни и бросила рюкзак на кровать, испуская вздох облегчения. Ее кот выбрался из-под кровати и широко зевнул, глядя на нее.
— Похоже, что у тебя был трудный день, — сухо сказала Серенити глядя на мистера Витерби крутящимся возле ее ног. Не в силах сосредоточиться на оказании ему внимания, которого он всегда требовал, она схватила записную книжку, содержащую ее размышления с прошлой недели, и написала в ней ручкой, лежавшей рядом с ней. Она хотела записать все, что узнала на уроке истории. Это была первая крупица, возможно достоверной информации, что у нее была про это существо — Дайра. Сара хотела сравнить его, если он действительно реальный и, если он покажется ей. Она потрясла головой, и сильно зажмурилась.
— Я схожу с ума. Иначе, чем объяснить планирование разговора с бессмертным существом, известным только из фольклора.
Записав все, что смогла вспомнить с урока, она положила вниз записную книжку, столкнула с кровати рюкзак, и легла. Кто знал, что исследовательская работа может быть такой утомительной? Серенити не намеревалась спать; она только хотела дать отдых глазам на несколько минут. Как бы ни так.
Позже, она проснулась в темной комнате. Девушка не помнила, как выключила свет, но это могла сделать и ее тетя. Что-то странное было в темноте окружавшей ее. Как одеяло, обернутое вокруг ее плеч, казалось, темнота обволакивает ее. Она привстала, пока не оказалась в сидячем положении, и моргнула несколько раз, пытаясь привыкнуть к темноте, но это было бесполезно. Она пыталась встать, когда мороз пробежал по коже. Это было одно из тех чувств, когда она знала, что кто-то смотрел на нее, думая, что она его не видит. Серенити нервно облизала губы и проглотила комок, образовавшийся в горле, прежде чем заговорить.
— Песочный человек, — слово прозвучало более отчаянно, чем того хотелось. Это прозвучало почти так, будто она взывала к любовнику. Он снова сглотнула и затем сказала более спокойно. — Если ты здесь, пожалуйста, ответь мне. Я чувствую себя идиоткой, разговаривая с темнотой, — ее слова встретились с молчанием, но она все еще чувствовала присутствие кого-то или чего-то. Хорошо, что ее нелегко было разубедить. Если уж она действительно разговаривала с пустой комнатой, тогда в этом не было ничего хорошего, и тем более нужно было удостовериться. — Пожалуйста, ответь мне, Брудайр, ты здесь?
