– Была. – Ева положила ладони на стол и подалась вперед. – Она решила повидать Шелби. Стоял сентябрь. Она выбралась из окна своей спальни и отправилась в Обитель. Я ее разыскала, и она почти все помнит. И вспомнит еще больше. В ту ночь ваш старший брат нашел младшего в старом здании. Они поругались, подрались – из-за того, что Нэш обнаружил накачанную транквилизаторами Делонну, голую, в ванне с водой. Сами мне скажите: что сделал бы Нэш, если бы он увидел, как брат топит юную девочку, к тому же находящуюся на вашем попечении?
– Этого не может… Это разбило бы ему сердце. И я бы знала.
– Да, но только не в том случае, если он решил это от вас скрыть. Он ваш защитник, он глава семьи. И весь этот ужас случился, когда он был за главного. И он стал убийцей брата. Расправившись с Монти, он привозит Делонну, все еще в бессознательном состоянии, назад, одевает ее в пижаму, закрывает окно. И ничего не рассказывает вам.
– Нет, она что-то напутала. – Но в голос Филадельфии уже закрались нотки сомнения и ужаса.
– Он вам так и не рассказал. Да и как бы он мог? Вы не должны были знать о том ужасном, что сотворил ваш брат. О том, что он убил самого младшего из вас. И он сказал вам, что отправил Монти в Африку.
– Ну нет! Нет. Монти сам мне говорил, что едет в Африку. – Теперь в голосе зазвучала надежда, сверкнула в глазах. – Вы ошибаетесь, слышите? Монти пришел ко мне и сказал, что Нэш его посылает в командировку. Он боялся, плакал, просил дать ему остаться. Мы еще с Нэшем из-за этого поссорились.
Ева прищурилась.
– Когда это было?
– За несколько дней до его отъезда. Но Нэш был совершенно неумолим, даже на себя не похож, и провернул все очень быстро. Он сказал, Монти должен уехать ради своего же блага. Вроде как это единственный выход, альтернативы нет. А когда он повез Монти на транспортный узел, то меня не взял. Не дал поехать с ними.
– А Кайл еще был у вас?
– Нет. Нет… М-м… – В ее словах вновь зазвучали нотки страха. – Кажется, он уехал за пару дней до этого или накануне, но точно я не помню. Я была так расстроена… Меня очень угнетало, что мы отсылаем Монти к чужим людям, в незнакомое место, заставляем быть кем-то, кем он быть неспособен. Но он справился. Нэш оказался прав. Он…
– Это был не он. Это был Кайл. А вы ведь мне про это ничего не рассказывали – про ваш спор с братом, про переживания в связи с отъездом младшего.
– Я не видела, какое отношение наш давнишний семейный спор может иметь к расследованию. Всему этому наверняка есть другое объяснение! Вот Нэш вернется – и все объяснит.
– Как долго он отсутствовал, когда отвозил Монти на транспортный узел? Только не лгите! – добавила Ева, видя, что Филадельфия мнется. – Вашему брату это никак не поможет.
– Его не было несколько часов. Точнее сказать – весь день. Я была так зла! Обвинила его в том, что он не осмеливается показаться мне на глаза после того, что сделал, и потому готов торчать целый день неизвестно где. Он обиделся. Я помню его взгляд, когда я это говорила.
– А что он сделал, когда проводил Монти и вернулся?
– Он… Он ушел в Тихую комнату. Она еще не до конца была обустроена, мы этим еще только занимались. Но мне запомнилось, потому что мы оба были расстроены и почти не разговаривали. Я ясно помню, как он ушел в Тихую комнату и велел его не беспокоить.
– В ту комнату, – произнесла Ева, – где вы потом повесили мемориальную доску в честь Монти.
– Да, это наше помещение для медитации, для восстановления душевных сил. Нэш тогда там пробыл больше часа, даже скорее почти два. До самого вечера мы друг друга старательно избегали, а наутро пришло сообщение от Монти, что он добрался благополучно. И он писал, какая там красота и что это, наверное, самое божественное место на земле. Сообщение было такое счастливое, позитивное – я даже извинилась перед Нэшем. Сказала, что была не права. И все пошло своим чередом. Мы были заняты обустройством на новом месте, налаживанием порядка.
– Пибоди, Тихая комната. Начинай обыск заново. На этот раз мы ее всю выпотрошим.
– Есть, шеф.
– Зачем? – вскинулась Филадельфия. – Вы же уже смотрели!
– Будем смотреть еще. Вы сказали, обустройство еще не было закончено. Что конкретно вы имели в виду?
– Я имела в виду, что мы еще не покрасили стены и не расставили скамьи. Мы хотели, чтобы эта комната была похожа не на часовню, а на что-то более умиротворяющее, способствующее размышлениям. Еще прудик не был сделан, настенный фонтан не установлен, цветы не посажены.
– Ясно. Сейчас вы можете вернуться к своим делам. Я буду с напарницей. Никого туда не впускать!
– Лейтенант! – Она стояла перед Евой, сестра двух братьев. Вид у нее был убитый. – Так Монти… Монти не ездил в Африку?
– Нет, не ездил.
– И вы думаете, вы правда думаете, что Нэш… причинил ему вред? Но он не мог! Он не способен никому причинить вред. И Монти он любил. Всем сердцем. Он никогда его не обидел бы. Даю вам слово!
– Тогда где он? Вы можете мне сказать, где находятся оба ваши брата?
– Нет, не могу. Умоляю, найдите их!
Ева зашагала к Тихой комнате, на ходу доставая телефон.
