Дин даже не пытался помочь. Он тратил все оставшиеся силы на то, чтобы не расплакаться из-за ощущений в заднице, прижатой к простыням. Кас, видимо, почувствовал это, потому что перевернул Дина, помогая ему лечь на живот.
Секунду спустя другая салфетка уже аккуратно двигалась между его ягодиц. Кас делал всё как можно более осторожно, стараясь не потревожить и без того пострадавшую кожу, но Дин всё равно не смог сдержать всхлипы и хныканье. Вскоре салфетка исчезла. Кас положил ладонь Дину на макушку. Через пару секунд тихие звуки, доносившиеся сзади, навели охотника на мысль, что ангел тоже вытирался.
Винчестер даже не попытался выровнять дыхание, чувствуя, что по его щекам всё еще текут слезы, а грудь содрогается в бесконтрольных всхлипах. Кажется, двигаясь на члене Каса, он не осознавал, насколько яркими были испытываемые им ощущения. Только сейчас он, оглушенный и ошеломленный, начал понимать, что чувствовал. Дин поднял голову, утыкаясь Касу в ладонь и ища большего контакта.
Ангел тут же лег рядом, приподнял Дина и помог тому прижаться ближе. Тот обхватил Каса за шею, не осознавая, что рыдает, пока не почувствовал, как дрожит.
Кас крепко обнял охотника и погладил его по голове.
Дин не плакал так даже после порки: возможно, потому что с легкостью шагнул в сабспейс, возможно, из-за вмешательства Сэма, возможно, потому что был слишком сосредоточен на том, чтобы Кас понял, что охотник действительно хотел этого.
Когда-нибудь Дин сможет понять, почему разрыдался… Но в тот момент он был слишком занят, чтобы углубляться в самоанализ.
Однако он заметил, что эти слезы не были плохими. Да, Дин рассыпался на части, но в каком-то плане это было… «хорошо» — не то слово. Правильно, возможно. Безопасно.
Теплые руки Каса крепко прижимали его к себе, а с губ ангела срывались слова, несущие обожание, успокоение, любовь и заботу.
Дин не мог сказать, как долго плакал, но в какой-то момент почувствовал, что ему стало легче дышать. Спустя пару секунд охотник смог поднять голову. В тот же момент в руке Каса появилась (нет, в прямом смысле появилась, Винчестер тому свидетель) салфетка, которой ангел нежно провел по щекам Дина, вытирая дорожки слез.
Заметив, что Кас настолько сфокусировался на нем, что даже думать забыл про то, что и сам покрыт слезами охотника, Дин вытащил из упаковки еще одну салфетку и помог ангелу.
По щекам медленно и неохотно текли слезы, постепенно высыхая прямо на покрасневшей коже. Дин опять уткнулся лбом в лоб Каса, и ангел нежно поцеловал его. Увидев, что Дин более-менее успокоился, Кас ласково и нежно спросил:
— Перебор?
Дин покачал головой:
— Как раз то, что нужно. Идеально. Клянусь. Зеленее, чем день Святого Патрика, — голос был низким и хриплым из-за рыданий.
— Ты не перестаешь меня удивлять, Дин, — мягко сказал Кас, — Такой красивый. Такой идеальный. Такой хороший для меня… Я не заслу…
— Даже не смей, — тихо перебил его Дин, — говорить, что не заслуживаешь меня. Даже не думай так. Именно я здесь не заслу…
— Даже не смей, — перебил Кас, и они тихо засмеялись.
— Ладно, — сказал Дин, улыбаясь, несмотря на дрожь в голосе, — мы оба друг друга заслуживаем. Не уверен, делает ли это нас самыми удачливыми или самыми жалкими сукиными детьми на планете…
— Думаю, и тем, и тем, — с улыбкой ответил Кас.
Секунду спустя дверца шкафа распахнулась.
— На этой ноте, — счастливо сказал Сэм, — я вас покину.
Судя по пижаме и растрепанным волосам, еще недавно Сэм лежал в кровати. Он вылез из шкафа, направился к двери и уверенно открыл замок.
Дин и Кас молча уставились друг на друга, а затем повернулись к Сэму, помахавшему им рукой. Дин внезапно вспомнил, что дверь в комнату была слегка приоткрыта, когда он вернулся из ванной. Черт. Он должен был всё же уточнить у Каса, оставил ли тот её в таком состоянии.
Дин попытался найти слова, которые могли бы хотя бы частично передать, насколько происходящее было ненормальным. Кас явно пытался добиться того же, открывая и закрывая рот, словно вытащенная из воды рыба.
— Спокойной ночи, — радостно сказал Сэм и захлопнул дверь.
Черт, мать его, возьми.
========== Любопытство Каса сгубило ==========
В этот раз у Дина не было роскошной возможности медленно приходить в себя.
Нет, вместо этого охотник умудрился скатиться с кровати и упасть прямо на пол.
Мало того, что это было обидно… Дин еще и приземлился прямо на задницу.
Именно так холодным февральским утром в семь часов Дин Винчестер разбудил весь бункер (ну ладно, только Сэма, раз уж он единственный еще мог спать) бессловесным воплем, настолько громким, что пошатнулись даже бетонные стены.
Дин вскочил на ноги прежде, чем смог сказать что-то, кроме «мать твою, ау!».
Десять секунд спустя, когда Винчестер всё еще изрыгал всевозможные проклятья и на ходу придумывал новые, что-то тяжелое врезалось в дверь и отскочило на пол.
Резко замолчав, Дин, поморщившись от боли, пересек комнату и распахнул дверь, даже не подумав, что это может обречь его на отсвечивание членом и другими интимными частями тела перед Сэмом.