Убрав руку с бедра Каса — на коже уже расцветал прекрасный фиолетовый синяк — Дин обхватил ладонью член ангела, двигая пальцами в темпе, совпадающем с ритмом толчков.
Позднее, когда они вешали новую дверь, Дин признал, что слышал какой-то шум, но не обратил на него ни малейшего внимания, предпочтя сосредоточиться на куда более интересных вещах.
Кас, должно быть, действительно хорошо постарался, накладывая защитные заклинания, потому что, как позже объяснил Сэм, тот перепробовал почти всё, что было возможно, чтобы открыть дверь. Наверное, Дин с Касом вовсе не должны были удивляться тому, что Сэм, потерпев неудачу, не сдался, как любой нормальный человек, а решил пройти прямо сквозь дверь.
Серьезно, должны же были быть способы получше, чем бензопила. Дин был в этом чертовски уверен. Через несколько недель Сэм признался, что мог бы просто просверлить несколько отверстий и использовать лобзик, но в тот раз ему просто было не до того.
Только когда Сэм исчез из комнаты, а Дин вытащил из спины Каса все щепки, ангел признал, что собирался наложить на дверь последнее, самое сильное защитное заклинание, которое сделало бы её нерушимой, но отвлекся на обнаженного спящего Дина.
Но пока Дин с Касом даже не подозревали о том, что Сэм, узнав, чем занимается Кас, не поленился обойти бункер и сжечь все нужные для заклятия ингредиенты.
Так или иначе, Дин не обратил внимания на знакомое гудение небольшого ручного мотора — он был уже на грани, и, судя по надломленным стонам Каса, ангел тоже был чертовски близок.
Два, три, четыре резких толчка, и Дин сбился с ритма и кончил, низко застонав. Спустя несколько секунд он почувствовал, как на живот и грудь брызгает сперма Каса. Вдруг глаза ангела расширились, и он высоко и протяжно вскрикнул. Этот звук был совершенно не похож ни на стон, ни на всхлип.
Дин мгновенно понял, что что-то не так. Он сел, машинально провел рукой по спине ангела и с изумлением обнаружил что-то твердое и длинное, чего там раньше точно не было.
Нечто тонкое и острое торчало у Каса из спины. Не совсем осознавая происходящее из-за послеоргазменной дымки, но всё же понимая, что этой штуки там быть не должно, Дин обхватил продолговатый предмет пальцами и потянул.
Заноза, если её можно было так назвать — серьезно, это была приличных размеров щепка — вышла наружу с хлюпающим звуком, и стон, сорвавшийся с губ Каса, напомнил Дину крик раненого животного.
— Ох, матерь божья, Кас, ты в порядке? Ты… — Дин все еще не до конца понимал, что происходит, но чувствовал, что что-то теплое вытекает из дыры, оставленной щепкой — теперь он видел, что это была восьмисантиметровая острая деревяшка, покрытая кровью.
Срань господня, эта штука только что вонзилась в Каса.
Дин заметил, что что-то бормотал, только когда потерял дар речи: переведя взгляд чуть выше, охотник увидел, что из дыры, каким-то магическим образом появившейся в прочной и еще недавно целой двери, на него смотрит Сэм.
Что. За. Хрень.
— Какого, мать твою, хрена, Сэм?! Ты только что чуть не проткнул Каса! — несмотря на то, что Каса можно было убить разве что ангельским клинком, вид крови, вытекающей из чертовой дыры в спине ангела, заставил Дина запаниковать.
— Ну, вряд ли я бы его действительно проткнул… Клянусь, я не хотел. Я, э-э, наверное… просто пойду? Мне… очень, очень жаль, Кас.
Позже Дин понял, что в тот момент Сэм впервые искренне извинился перед ними с того момента, как начал их маниакально преследовать — всего-то и нужно было нанести Касу рану, которая могла бы оказаться фатальной для смертного существа. Сейчас же Дин лишь подумал, что его брат — самое удачливое существо на планете: если бы Кас всё еще не лежал на Дине, щепка, которую охотник вытащил из его спины, сейчас бы уже торчала у Сэма из переносицы.
Тем временем, Сэм быстро испарился. Несколько секунд спустя Дин всё же развис: опасно наклонившись на бок, он схватил подушку, потряс её, пытаясь снять наволочку, и наконец прижал ткань к все еще кровоточащей ране Каса. Ангел, кажется, начал приходить в себя. Он низко застонал от боли, и у Дина внутри что-то оборвалось. Охотник не мог даже думать о страданиях любимых людей, особенно когда сам не мог облегчить их боль. Сейчас же Дин действительно ничего не мог сделать, но…
— Кас, детка, ты еще со мной? Ты должен исцелиться. Я знаю, что тебе больно, но…
— Не уверен, что смогу, — прошипел Кас, и сердце Дина пропустило удар (а потом еще два, просто ради интереса). Винчестер опять начал паниковать, но ангел продолжил, — пока остальные… объекты не будут удалены.
Стоп, что? Были еще щепки? Дин сжал зубы и максимально спокойно проговорил:
— Хорошо, всё нормально, Послушай, солнышко, я должен приподнять тебя. Я понимаю, что тебе будет больно, но мне нужно осмотреть твою спину.