Дин прошел мимо кухни: её осматривать смысла не было, нога Сэма не ступала туда уже несколько недель. В гараже, спортзале, тире и ванных комнатах тоже никого не было. Дин был готов начать осматривать все комнаты подряд, как вдруг уловил неожиданный, но чертовски знакомый запах.
Что-то горело.
Сердце Дина глухо ударилось о ребра. Господи, если в бункере начался пожар… Они ведь заперты внутри. Они здесь просто поджарятся, если только тепло не растопит снег до того, как они с Сэмом наглотаются дыма. Сэм. Господи боже, а что, если это он развел огонь и не уследил за ним? Уже могло быть слишком поздно.
Отрицание, смешанное с ужасом, ударило Дину в голову, разбавило ярость и злость на брата и помогло адекватно оценить ситуацию и сделать некие выводы.
Запах… Да, что-то горело, но не чувствовались ни дым, исходящий от пылающей древесины, ни вонь от обугливающейся плоти. К тому же, бункер был отделан камнем и мрамором, так что поджечь его было не так-то легко.
Дин знал, как пахнет дом, охваченный пламенем. Этот запах остается с тобой на всю жизнь, особенно если в нем прослеживается нотка приготовленного мяса, еще недавно бывшего твоей матерью.
Так что Сэм, скорее всего, был жив. Отбросив ненужные варианты, Дин наконец смог понять, что происходило.
Горели не дрова и не плоть. Нет. Это были травы.
Слишком острый и резкий запах, чтобы можно было предположить, что Сэм случайно что-то поджог. Слишком сложный и специфичный букет для трав, используемых при вызове или изгнании демона. Следовательно…
Нет. Просто нет. Сэм не мог… Хотя сколько раз за последние дни Дин думал, что Сэм «не мог» сделать то, что сделал? Если бы три недели назад кто-то сказал Винчестеру, что его младший брат решит попробовать себя в роли его личного секс-терапевта, Дин бы посмеялся ему в лицо.
Недоверие медленно переросло в мрачную уверенность. Сжимая и разжимая кулаки, Дин направился вперед, следуя за запахом.
Он заранее знал, что окажется в кладовой, где хранились ингредиенты для заклятий. Естественно, на каменном полу, в отдалении от любых легковоспламеняющихся предметов, полыхала связка семи или даже возьми разных трав.
Огонь придавал лицу Сэма какое-то опасно самоуверенное выражение. Дин перешагнул через порог и решил действовать согласно плану, выработанному в спальне.
— Ты не говорил, что собираешься устроить посиделки у костра, — спокойно сказал охотник, подходя к Сэму. Тот резко развернулся:
— Просто разбираюсь с одним незаконченным делом, — неубедительно ответил он.
— Дай угадаю, — ровно, даже дружелюбно сказал Дин, — эти травы необходимы для создания защитных заклинаний… К примеру, таких, которые Кас накладывал на дверь в мою спальню, да?
Повисла тишина: Сэм явно анализировал тон и выражение лица брата. На несколько секунд Дин даже подумал, что тот подсознательно ощущает опасность. Однако чувство такта и уважение к чужой личной жизни оказались не единственными вещами, которые организм Сэма больше не принимал во внимание. Винчестер-младший расслабился.
— Ага, — признал он, поворачиваясь к огню, — это лучший способ избежать повторения произошедшего.
По сути, лучшим способом избежать повторения произошедшего было заставить Сэма отказаться от своей сумасшедшей идеи и спрятать бензопилу в сейфе, но Дин благоразумно промолчал.
— Да, наверное, это лучше, чем бензопила, — согласился Винчестер, жалея, что Кас не видит, как хорошо тот справляется со своей ролью.
Опять повисла тишина. Спустя несколько минут Сэм обернулся к Дину и заговорил, явно искренне раскаиваясь:
— Я уверен, что ты злишься. Я понимаю. То, что случилось с Касом… Это ужасно, и я постараюсь как-нибудь загладить свою вину. Я никогда не хотел причинить кому-то из вас боль.
— Я знаю, Сэм, — честно ответил Дин. Он понимал, что Сэм не планировал воткнуть в Каса десяток щепок, а просто не продумал свои действия и не увидел потенциальный риск. Дин успокаивающе похлопал брата по плечу, — Ты ведь просто пытаешься помочь.
— Именно, — с облегчением сказал Сэм, — я просто хочу, чтобы у вас, парни…
— Были правильные и здоровые во всех аспектах отношения. Я знаю, Сэмми.
Облегчение и искреннее желание помочь, отразившиеся на лице брата, больно укололи Дина. Сэму, должно быть, было одиноко, особенно если учесть, сколько усилий Дин с Касом потратили на то, чтобы избегать любых контактов с ним . Сэм тоже был заперт в четырех стенах, и это наверняка не приносило ему удовольствия.
Но Дин все равно не собирался отступать от выработанного плана. Так или иначе, всё должно было прекратиться: когда снег растает, у Винчестеров появится предостаточно времени, чтобы всё еще раз обдумать, извиниться и помириться. В конце концов, они были братьями. Они никогда не отказывались друг от друга.
Совершенно не чувствуя вины, Дин мягко притянул Сэма ближе. Тот слишком поздно понял, что происходит: кулак охотника уже врезался в его череп.
Дин не дал брату времени прийти в себя и начать возмущаться, а просто ударил его еще два раза.