Сегодня они решили выполнить своё обещание и остались в комнате. Это, между прочим, была большая жертва, если учитывать, что сегодня на сцене снова появились студент-Дин и мистер Новак. Они решили просто притвориться, что вернулись в класс. Кас даже выдвинул одну из тумбочек, которая подходила по высоте, и поставил перед ней стул — вот и получилась «парта».
Оказалось, в понедельник Кас не шутил, угрожая свиданием с расческой: мистер Новак объяснил своему ученику, что тот получит 50 ударов за единственную провинность — смех над учителем математики. Очевидно, ангел всё еще дулся из-за той истерики, даже несмотря на то, что во вторник он сам начал смеяться первым. Ну и ладно, Дин в каком-то смысле успел соскучиться по расческе.
Кас уселся на стул в центре комнаты, разогрел кожу Дина (около ста шлепков вполне справились с этой работой) и вдруг замер и огляделся:
— Желтый. Черт, Дин, ты сегодня вообще видел свою расческу?
— Только утром. Я вроде как бросил её на кровать, когда расчесался. Её там нет?
— Нет.
— Нам что… вместе поискать?
В этот момент расческа выскользнула из-под кровати и плавно затормозила у ног Каса. Моргнув, Дин поднял её, чтобы показать ангелу, словно тот мог объяснить происходящее. Кас наклонился вперед, внимательно изучая расческу.
Той нечего было сказать… в отличие от кое-кого другого. Из-под кровати раздался знакомый приглушенный голос:
— Она, наверное, завалилась за спинку. Не представляете, как тяжело её было достать.
Дин старался. Он честно старался. Он призвал на помощь всех богов, но всё равно проиграл и расхохотался.
— Теперь это называется «доставать расческу»? — ляпнул Дин, мозг которого уже не мог выйти из режима 18+.
Повисла тишина, и через несколько секунд смех раздался и из-под кровати. Та зашаталась — очевидно, потому, что Сэм (который как-то туда влез, а ведь кровать Дина была еще ниже, чем его собственная) тоже трясся от смеха.
Целую минуту Кас молчал, видимо, переваривая эту ужасную шутку.
— Это… Это просто… Знаешь, что?! — потребовал ангел, — дай сюда эту чертову расческу!
Он выхватил расческу и начал с энтузиазмом и силой шлепать Дина, словно считая, что за эту шутку (пусть и дурацкую, но от того не менее прекрасную!) охотнику полагается серьезное наказание.
Если бы Дин был умным, он бы прекратил смеяться.
Но умным он, видимо, не был.
К десятому или пятнадцатому шлепку Дин иногда выдавал что-то вроде «оу», «ау», и «ай, твою ж мать», но не прекращал смеяться.
— Ладно, — фыркнул Сэм, — у вас, кажется, всё в порядке, так что я… вот ведь черт.
Пока он говорил, из-под кровати показались голова и плечи. Вылезя наполовину, Сэм вдруг оборвал свой монолог и выругался.
Дин моментально понял, в чем было дело. Касу потребовалось еще две минуты — видимо, он был слишком сфокусирован на том, чтобы окрасить задницу Дина в алый в отместку за его глупые каламбуры.
Дин не перестал смеяться. Наоборот, его хохот только усилился.
— Кас, — выдал он, задыхаясь, — Кас, стой, подожди, посмотри на Сэма, он…
Кас на секунду замер, думая, что Дин просто пытается его отвлечь… Вдруг расческа упала на пол. Кас заметил Сэма.
В это время Сэм закончил начатую Дином фразу:
—…застрял. Я… кажется, застрял. Эм-м, черт. Помогите?
Повисла тишина. И Дин, и Сэм подумали, что сейчас Кас вполне может плюнуть на всё и разнести их на атомы.
Как оказалось, дело было не в этом.
Каса начало трясти; его смех больше походил на истеричные всхлипы. Ангел смеялся так сильно, что Дин скатился на пол. Каким-то образом приземление на уже порядком красную задницу не сделало происходящее менее смешным. Им потребовалось около пяти минут, чтобы прийти в себя настолько, чтобы поднять кровать и помочь Сэму выползти.
Всё еще отряхиваясь, Сэм спешно ретировался.
Всё, на что хватило Дина и Каса — подрочить друг другу и лечь на кровать, расслабляя уставшие от смеха мышцы.
Дин был чертовски уверен, что его (чуть более мягкий, чем хотелось бы) живот вскоре обзаведется приличным прессом.
— Чувак, — сказал он Касу где-то спустя час, всё еще держась за ноющий живот, — мы должны написать об этом книгу.
— Никто, — сказал ангел, проживший уже около миллиарда лет и видевший куда более фантастичные штуковины, чем Дин мог представить, — нам не поверит.
========== Неделя из жизни: часть 2 ==========
ЧЕТВЕРГ
То, что Кас рисовал мультяшную пчелку на каждой адресованной Дину записке, было просто очаровательно.
И забавно, кода содержание послания было особенно грязным. Сегодняшняя записка, которую Дин нашел на столешнице, когда зашел на кухню за стаканом воды для Сэма, гласила: «Моя комната, в три пятнадцать. Если ты не окажешься на коленях спустя пять секунд после того, как закроешь дверь, я сам тебя заставлю. Не вынуждай меня».
Уже одни эти слова достаточно возбудили Дина, а ведь ему предстоял еще час ожидания. Так что охотник должен был быть благодарен, что маленькое дополнение в углу листка насмешило и отвлекло его.
Мультяшная пчелка говорила «ты должен слушаться его!».
Это было так смешно, нелепо и в то же время абсолютно в духе Каса.