Всё это — осознание, понимание и принятие — произошло всего за несколько секунд. Кас, должно быть, что-то почувствовал, потому что пауза затянулась. Это было похоже на своеобразное колебание перед тем, как ангел толкнет их обоих в пропасть, в грядущий ураган. Несколько мгновений они неподвижно сидели, особенно остро осознавая свою особую связь. Кас наклонился вперед и поцеловал Дина в шею. Дин наклонил голову и вдруг обнаружил, что говорит, хоть и не планировал:
— Да. Весь твой. Всегда, — а потом слова, которые он так рьяно охранял, которые почти никогда не говорил, с поразительной легкостью вырвались наружу, — я люблю тебя.
Кас резко втянул воздух. Этот звук был музыкой для ушей Дина, он понимал, как Кас ценит эти слова, сказанные внезапно, без принуждения. Ангел спрячет их глубоко в душе, чтобы думать об этом, когда окружающий мир станет для него слишком.
Дин слегка повернул голову. Всего на мгновение Кас уткнулся лбом в его щеку, а потом всё закончилось, и они перешли к следующему этапу.
Пальцы Каса обхватили запястья Дина, охотник очутился на ногах, а через полсекунды ангел уже стоял сзади. С поразительной стремительностью Дин оказался раздет, и Кас надавил ему на плечи, ставя на колени. Пока Кас сбрасывал плащ и пытался справиться с рубашкой и галстуком, Дин на удивление послушными пальцами расстегнул ангельский ремень и плавным движением стянул с него брюки и трусы. Прошло чуть меньше двадцати секунд с того момента, как они были одетыми, а Дин уже стоял на коленях перед Касом, обнаженный во всех смыслах этого слова.
Дину было так легко, так естественно наклониться вперед, обхватывая головку стоящего члена Каса губами. Пальцы ангела скользнули Дину в волосы, направляя и придерживая, но не заставляя, потому что Дин и так добровольно давал то, что Кас мог бы взять силой. Дин расслабил горло, на несколько секунд уткнулся носом в завитки волос на лобке, вдыхая такой родной запах: аромат мыла, нотки меда и счастья.
Кас потянул Дина за волосы, задавая ритм. Винчестер с готовностью подстроился, обильно покрывая член слюной. Он не знал, входила ли смазка в понятие «без подготовки», но на всякий случай не сдерживался. Капающая на пол слюна была небольшой ценой за уменьшение неизбежной интенсивности ожога.
Обхватив Каса за бедра, Дин выгнулся и провел языком по нижней стороне члена, заставляя его слегка дернуться.
За несколько секунд до этого Дин уже знал, что сейчас пальцы Каса сожмутся у него в волосах, заставят его остановиться. Сверху раздался хриплый и властный шепот:
— На пол. На спину. Быстро.
Дин опустился на пол. Было приятно ощущать прохладу каждым миллиметром разгоряченной кожи. Не нуждаясь в командах, Дин согнул колени, широко развел ноги и уперся ступнями в пол.
На секунду в глазах Каса появилась нерешительность, чего почти никогда не происходило посреди сессии (хотя Дин не был уверен, можно ли было назвать происходящее сессией). Кас всего на мгновение отошел, но Дин всё равно низко и протестующе застонал. Ангел вернулся с небольшой бутылочкой в руке, и Дин понял, что тот все-таки решил использовать смазку, хотя планировал обойтись без неё. Кас хотел не просто трахнуть Дина, а показать ему свою любовь, и был единственным, кто мог делать это одновременно.
Кас все еще стоял над Дином, и свет ближайшей лампы заставлял его силуэт мягко светиться. Дин задержал дыхание, очарованный красотой ангела, изгибами его тела. Кас воспользовался паузой и быстро размазал по члену смазку, после чего опустился на колени. Бедра Дина были вскинуты, задница приподнята на несколько сантиметров. Предложение и мольба.
Кас вошел резко и внезапно. Секунду назад Дин еще задыхался в ожидании, и вот Кас уже был внутри. Мягкие лобковые волосы щекотали яйца Винчестера. Дин подавился воздухом, выгнул спину, потянулся к Касу в бессловесной просьбе. И Кас всё понял, обвил пальцами запястья Дина, твердо прижал их к полу. Дин лишь смутно понял это, сосредоточившись на огне, бушующем в теле, пытаясь приспособиться к члену внутри. На этот раз ангел дал ему привыкнуть, наблюдая за агонией Дина с жестокостью и нежностью.
Дин понял, что обхватил ногами Каса, лишь когда тот отодвинулся, почти полностью вынув член, а потом снова подался вперед.
Дин задыхался, не в силах издать хоть сколько-нибудь членораздельные звуки, но наконец прохрипел, одновременно требуя и умоляя:
— Поцелуй меня, — и в знак того, кем они были друг для друга, — Пожалуйста, Кас.
И ангел не отказал. Их губы столкнулись, языки сплелись. Они пожирали друг друга с одинаковым рвением, и Дин брал не меньше, чем давал. Бёдра Каса поднялись и снова опустились, из горла Дина вырвался стон, который Кас с жадностью сцеловал. Толчки становились жестче, Дин погрузился в это ощущение…
Только позже, уже лежа в постели и прижимаясь к Касу, он вспомнил, что слышал какие-то звуки, но не обратил на них внимания, сосредоточенный на члене Каса и его губах.
— Эй, кто-нибудь может принести мне стакан во…