- Я только что всадил стрелу между глаз одному из твоих увальней, Пинар! - Карзаф хрипло рассмеялся, указывая кивком на одну из сторожевых вышек. Старейшина растерянно посмотрел в ту сторону и быстро убедился, что площадка на вышке пуста. Из-за всеобщего шума и сутолоки никто не заметил как упал вниз подстреленный страж.
Олег мысленно чертыхнулся. У него было нехорошее чувство, что сейчас на этой площади будет много крови… Намного больше, чем могло бы быть.
- Тварь! - Пинар сорвался на визг. - Ты поплатишься за это!…
- А ты думал, я сюда явился шутковать? - спросил верзила, гадко ухмыляясь. - Если вы до Вэр еще хоть пальцем дотронетесь, я тут каждого из вас…
Не стоило дразнить пожилого толстяка пролитой кровью его сородича. Ох, не стоило! Вспыхнувшая сухой осенней травой ярость поглотила остатки страха и осторожности, которые еще могли бы помочь обеим сторонам разрешить дело миром.
- Будь ты проклят! - взвизгнул старейшина. - Она нужна тебе?! Так ты ее получишь!… Руби, Тэр!
Пинар вновь взмахнул сэдишем и на площади все мгновенно пришло в движение. Хмурый палач занес свой "тесак", Ножи рванули тетивы луков, Олег метнул камень, который по-прежнему сжимал в руке, а стражники заслонились круглыми чашами щитов и, выставив вперед непомерно длинные копья, пошли на злобно шипящих спиров…
Первым упал палач - камень Олега угодил ему точно в висок, он отшатнулся, выронил свое страшное оружие и повалился навзничь, получив сразу две стрелы под подбородок и одну в живот. Еще одна стрела засела в плече у Пинара. Старейшина огласил окрестности истошным визгом и, шустро скатившись с помоста, метнулся к домам. Еще две или три стрелы увязли в щитах стражников, а потом молодые разбойники сменили луки на мечи и бросились в атаку…
Крестьян и нанятых общиной отставных солдат было больше, но на стороне Ножей выступал лучший боевой опыт и бесшабашная удалая ярость. Восемь всадников быстро раскидали в стороны деревенскую стражу и погнали их по площади, топча спирами и рубя длинными мечами. В безоблачное небо поднялись крики боли, страха и ярости.
"Черт, они же поубивают их!"
Олег с жалостью смотрел как падают под ударами "синекожих", защитники деревни. Кто-то - только лишь раненый, а кто-то - уже без шансов подняться. Некоторые просто бежали прочь, не выдержав настоящего боя. Площадь вокруг места казни пустела на глазах. Немногие оставшиеся стражники, отчаянно отбиваясь, отступали к ближайшим домам.
Минута растерянности чуть не стоила Олегу головы. Один из ватажников заметил одиноко застывшего у помоста наблюдателя и направил своего спира прямо к нему.
- Н-на! - не сбавляя хода, барск наклонился в седле и опустил на голову Олега свой тяжелый клинок… И промахнулся. Олег не был воином, но рефлексы виша-рукх не подвели: тело само прянуло влево, уходя от удара, потом ноги выпрямились в прыжке а руки ухватили бандита за полу плещущего на ветру плаща руку и сильно рванули на себя.
- Отдохни! - посоветовал он покатившемуся по земле "синекожему", с удивлением прислушиваясь к собственным чувствам. Почему он так спокоен? Разве его только что не пытались убить? Разве не он выдернул из седла этого вот фэйюра… который уже стоит на ногах и злобно скалится, подбираясь для новой атаки? Ловкий бес! Меч парень при падении потерял, но в руке уже блестит длинный и широкий кинжал.
- Ну, конец тебе! - зарычал барск, бросаясь вперед.
- Залак, нет! - донесся от помоста пронзительный крик Вирэль.
Разбойник в нерешительности остановился, обернулся на крик. Олег, уже примеривающийся для хорошего удара, отпрянул - над его ухом свистнула стрела… и вошла точнехонько в горло его противника, прямо над кольчужным воротом. Барск удивленно открыл рот и осел вниз, давясь собственной кровью. А вокруг уже вовсю падали стрелы. Достаточно было мельком оглядеться, чтобы понять - стреляют отовсюду, со всех ближайших крыш и из-за всех заборов. Жители деревни и те из наемных стражников, что недавно "разбежались" с поля боя, вернулись с луками и запасом боеприпасов. И стрелы у них были не только легкие, для охоты на мелкого зверя, но и боевые, бронебойные…
- Освободи меня, род твой в Яму! - девушка на помосте отчаянно рвалась из пут, пытаясь ослабить ремни. - Скорее же! Меня сейчас пристрелят!
Олег бросился на зов, каждую секунду ожидая обжигающего удара в спину. На ходу он подобрал выпавший из руки убитого кинжал и, оказавшись на помосте, сразу запустил его лезвие под колоду, срезая затянутые палачом узлы.
- Грязные трусливые нарлы! - Вирэль со змеиной грацией соскользнула с помоста, прижалась спиной к толстой свае, прячась от стрел. - Они кровью будут плакать, вспоминая о сегодняшнем дне! Эй, Карзаф!…
