А Арлен и верно катастрофически опаздывал. Нелюбовь к скоплениям людей только возросла: поток горожан в центре значительно затруднял продвижение к цели, так ещё и времени почти не оставалось. Лавирование в толпе не было привычным ему занятием, но ничего другого пока не оставалось, разве что попытаться телепортироваться, чего Арлен сделать не мог. А если бы и мог, то не всё равно бы не сделал, помня красочные описания результатов неумелого использования этого умения всяческими самоуверенными неудачниками. К самоуверенным неудачникам маг, конечно, себя не относил, но отчего-то был уверен, что с его знаниями в этой области при попытке что-то подобное вытворить до места назначения доберётся не он сам, а не самый на вид приятный искалеченный фарш. Причём не только не весь, так ещё и вообще не туда.
До аэровокзала оставалось ещё полпути, когда Арлен сообразил, что разумнее было бы просто поймать извозчика. По крайней мере это было бы быстрее. Остановиться попытаться сделать это сейчас? Нет времени, да и свободных никого даже чисто на первый взгляд не нашлось. Да, впрочем, и денег с собой, как всегда, не было. А впереди уже виднелись между и над домами мачты вокзала, зависли в нерешительности, опускаться или подниматься, несколько длинных баллонов дирижаблей, выдавая себя не только блеском гладкой обшивки, но и хвостами тёмного дыма от двигателей. На вокзале народу оказалось меньше. За билетом в сумку на бегу лезть было бы неудобно, да и зачем, если то, что было указано в билете, он и так помнил? Разве что, чтобы предъявить вон тем людям, что уже закрыли проход к нужному и пока только готовящемуся к подъёму воздушному судну. Разбираться с документами не было никакого времени. Так что личность порядочного гражданина на время пришлось загнать в глубины сознания, чтобы не сбила столь редкую решительность, что была необходима для того, чтобы уйти от стоящих у заграждения «стражей», больше напоминающих сувенирную продукцию, чем реально способных задержать нарушителя людей. Впрочем, даже само препятствие гармоничнее выглядело бы на краю газона, чем на границе закрытой зоны, а закрывающая проход дверца ничем не отличалась от садовой калитки. Всё говорило о том, что запредельное доверие к гражданам позволило охране дать слабину, а Арлену — возможность, не сбавляя скорости просто перемахнуть через «калитку», даже не пытаясь её открыть, прежде, чем отвлёкшиеся от разговора об обеденном меню стражи порядка опомнятся и поймут, а что, собственно, только что произошло. А пока они не поняли, есть время добежать до почти убранного трапа. Почти — потому что и ответственные за трап работники застыли, с любопытством наблюдая, чем закончится подобный акт наглости. Наконец в спину сипло раздался звук свистка. Приказ прекратить цирк Арлен также проигнорировал, успешно спихнув с дороги неуверенно попытавшегося преградить путь человека у трапа.
Дирижабль уже от самой нижней точки швартовки у мачты отошёл, зависнув чуть в стороне и выше. Впереди — несколько метров пустоты, отделяющей от решётчатых бортов открытой палубы, а сзади уже нагоняет вошедшая в роль охрана. Останавливаться явно уже поздно, даже медлить нельзя. Но люди на середине трапа остановились, похоже, просто не веря, что хватит сил и наглости попытаться преодолеть эту пропасть. А зря.
В какой-то момент могло показаться, что трагедия всё же произойдёт — борт дирижабля успел сдвинуться дальше под напором ветра —, но Арлен успел ухватиться за перила. Сил осталось только на то, чтобы подтянуться и наконец-то едва не рухнуть на полы открытой палубы, перевалившись через борт. С закрытых помещений неповоротливого воздушного корабля видимо тоже внимательно наблюдали за разворачивающейся сценой, но не выходя наружу из соображений техники безопасности. Что касается оставшейся с носом на «берегу» охраны, сложно было сказать, что именно ощущали они в этот момент — досаду или облегчение.
— Тильд, запомни: ещё раз мне что-то подобное в голову придёт — можешь даже ухо откусить ко всем чертям, только не допусти… — ещё сидя на полу и осторожно растирая повреждённое ударом о перила запястье, тихо обратился к фамильяру маг, наконец отдышавшись.
— Да ладно, хорошая такая встрясочка!
— Не вижу ничего хорошего.
— Зануда ты, — фыркнул Тильд, ныряя в сумку, и уже оттуда глухо буркнул: — А сейчас ещё и как чучело. На вид так точно.
— Ещё один аргумент против подобных приключений.
— Да брось… — Несмотря на напускную небрежность, в голосе звероящера мелькнула тень обеспокоенности неизвестного пока рода.
Дирижабль же продолжил медленно подниматься до тех пор, пока позволяла высота мачты, от которой его не спешили отцеплять. Наконец придя в себя, Арлен поднялся, попытался восстановить мало-мальски приличный вид, а тем временем кто-то из экипажа уже шёл навстречу, то и дело с сомнением поглядывая вниз.
— Я надеюсь, это небольшое представление возвращением на пристань не закончится? — с той же неуверенностью спросил подошедший, подав кому-то жестом внизу знак.
