На шум снаружи хлопком двери и шумом шагов по лестнице отозвалась внутренность дома. Тереза, непричёсанная, в домашнем сером платье и босиком, вылетела на улицу. Лейтон спешно оттолкнул Дэйва от себя, но не рассчитал сил: мальчик оступился и упал, но тут же со злобным рявком вскочил, чтобы снова кинуться на мага. Тереза успела поймать брата за руки и удержать, но Лейтон всё равно интуитивно отшатнулся, не желая иметь дел с маленьким дьяволёнком.
— Что ты творишь?! Зачем ты пришёл? — Девушка, похоже, была на грани истерики. — Дэйв, прекрати! А ты… Ты уходи. Как видишь, тебе здесь не рады.
— А я и не хотел приходить, — скривился в ответ Лейтон, брезгливо отряхивая запачканные пылью штаны. — Убери этого зверёныша, он мне противен…
— А ты-то мне как! — Дэйв даже плюнул в его сторону, но не попал, Тереза спешно оттащила его к двери и закрыла в доме.
— Зачем ты здесь? — Она повернулась к магу, подпирая дверь, чтобы младший брат не вырвался на улицу.
— Я хотел спросить: вам ваш брат вообще нужен? — Он вернулся к обычному ядовитому хладнокровию.
— В каком смысле? — прошелестела Тереза.
— В обычном! Я должен знать, собираетесь ли вы хоть что-то делать. Потому что, если он вам живым не нужен, можете уже сейчас искать место для могилы, и я сейчас совершенно серьёзно! Да даже если он выживет, Деврекс всё равно выставит его прочь. И первым делом, подозреваю, он пойдёт сюда… — Маг мрачно усмехнулся. — Если ещё не разочаровался в вас, как в любящей семье, которой нужен и в которой ждут!
— Я тебя не до конца понимаю… — ещё тише проговорила Тереза, Дэйв за дверью отчего-то затих. — Он… Он что, жив?
— Так, я не понял, подождите! — У Лейтона вдруг сдали нервы. — То есть, вы даже не поинтересовались, жив ли он вообще? Вот это семейка… Нет, ну если вы его уже похоронили, я просто уйду, потому как мне, например, всё стало ясно…
— Да объясни же!
— Объяснить? — Маг фыркнул, глядя на девушку. — А что тебе объяснить? Что вы всей своей весёлой компанией парили мне мозг столько лет, а в итоге даже не почесались в действительно трудной ситуации сделать что-то существенное для спасения вашего «любимого» братца? Ведь так легко просто поверить слухам и избавиться наконец от столь неприятной обузы! Что ты на меня так смотришь, я не прав? Так вот слушай теперь сюда: если вы все срать хотели на него и поэтому сразу не заявились — можете и дальше сидеть тут и играть в траур. А если вы вдруг осознали, что вообще-то он вам нужен, и я не зря так долго терпел тяфканье этого ублюдка, — он указал на дверь, за которой притих Дэйв, — то будьте добры как-то на деле это показать. Деврексу он не нужен, а у Мари скоро сдадут нервы. Я тоже им заниматься не буду. Сдохнет — закопаем за сараем, и хрен с ним. Выживет — Деврекс выставит его за дверь, как только он сможет хотя бы подняться. Только вот я не уверен, что он сам уже сильно захочет жить, учитывая, что никому он тут не всрался. Так что давайте, решайте уже: нужен он вам или нет. Я свой долг выполнил, теперь дело за вами, голубки, — процедил наконец Лейтон, с облегчением вздохнул и развернулся, чтобы уйти.
— Подожди! — Тереза рванулась за ним, забыв про Дэйва, который тут же снова вырвался на улицу.
— Что? — Он развернулся, поймав на руку спустившуюся Торну.
— Сейчас с тобой пойти можно? — спросила девушка, на всякий случай взяв за руку Дэйва, который остановился около неё и спрятался за юбку от взгляда фамильяра.
— Сейчас нельзя. Я вообще рассчитывал поговорить с родителями… Но ты тоже сойдёшь, — кивнул Лейтон, возвращаясь на прежний курс.
Тереза осталась стоять посреди дороги напротив дома. Лейтон со спокойной душой двинулся к реке. От него больше ничего не зависит, свою задачу он выполнил. Что бы там даже ни говорил вздорный и задиристый Дэйв.
***
Под самый вечер Эстер отметила, что дом снова заметно ожил. В комнату Наёши весь день несли бесконечное количество сумок, на что привычно возмутился Кёрн. Девушка поймала себя на мысли, что впервые рада услышать звук его отчасти скрипучего голоса. А новая постоялица очень быстро нашла общий язык с другими и уже на обеде что-то оживлённо обсуждала с Рейгой. Эстер для себя отметила, что доходный дом медленно движется к званию дома престарелых. Исправляли ситуацию пока только она, Арлен и неопределённого возраста Деревянный из бара, которого, как оказалось, звали сложным именем Айенор.
