— Он ни при каких обстоятельствах не отдаст мне ничего, — обречённо ответил Ринделл. — Да, я с ним говорил. Он только и живёт тем, что ждёт того самого дня рождения, чтобы, как он сам выразился, выставить меня ко всем чертям собачьим. Нет, мне не страшно, что он оставит меня без дома, это не так важно, но почти всё моё производство держится на землях отца, и без них просто может перестать существовать…
— Это ты уже говорил.
— Так что?
— Я подумаю, — в который раз ответил Теарон.
Ринделл ответом, кажется, остался недоволен, но пока промолчал, однако и уходить не спешил.
— У тебя что-то ещё? — решил ещё спросить маг.
— Да, — после паузы ответил Ринделл и кинул быстрый взгляд на Эстер и Грега. — Винс мне сказал, вы остались в вагонах для вахты. Почему?
— Тебе какое дело?
— Вы можете пока пожить у нас, разве нет? Ты мне тоже так-то не чужой человек.
Эстер невольно нашла глазами Тильда: звероящер снова поднял шерсть дыбом, сидя на коленях хозяина под столом, и оскалился. Теарон, однако, остался относительно спокоен. Правда, Ринделл тоже заметил что-то неладное, и поэтому решил уже гораздо мягче добавить:
— Через две недели у Терезы свадьба, у нас всё равно будут гости, если ты беспокоишься за своих друзей, лишними они не будут. Айвен и Марика уже с мужьями приехали, да и к тому же, если ты откажешь мне, тебя всё равно потом пригласит мама, а ей ты вряд ли сможешь отказать.
— Тогда почему ты не решил просто дождаться, когда она решит сама пригласить, зная, что тебе я могу ответить отказом?
— Боюсь, она может постесняться. Всё это время она не скрывала, что чувствует и себя виноватой: она не раз говорила со мной о том, что не может перестать ненавидеть себя за нерешительность. А после отказа мне она может додумать что-нибудь ещё и однозначно расстроится. И тогда уже может решиться. А я не хочу её ещё больше расстраивать, она ещё даже не отошла от гибели отца, ожила лишь немного, когда Тереза рассказала о свадьбе. Ты сам-то разве не хочешь её снова увидеть?
Теарон не стал отвечать. Ринделл снова вздохнул, прежде чем подняться из-за стола.
— Я не знаю, что ты решишь, но… — он замялся, подбирая слова. — Что бы ты ни решил, просто знай, что мы ждём и наши двери как всегда открыты.
Эстер заметила, как на «как всегда» магу пришлось быстро поймать и удержать на месте Тильда: фамильяр рванулся с коленей с распахнутой пастью и поднятой дыбом шерстью, уже в руке хозяина извернулся, чтобы укусить, но только тихо зашипел, сверкая глазами и продолжая угрожающе демонстрировать маленькие, но острые клиновидные зубы. Ринделл ничего не заметил — смотрел уже в другую сторону, обратив внимание на Грега и Эстер. Но смотрел он недолго, лишь как будто оценил их для себя, а затем быстрым шагом двинулся к выходу. Лишь когда он переступил порог, Теарон отпустил Тильда. Звероящер спрыгнул на пол, оттуда снова забрался прыжком на стол, кинул быстрый взгляд на столик, где ещё оставалась наблюдающая за ними Эстер, и что-то быстро и гневно спросил. Девушка не поняла, что именно: говорил фамильяр на незнакомом наречии. Что ответил ему хозяин она не поняла уже по другой причине: она в принципе не расслышала, ведь ответил Теарон очень тихо. Тильд ещё что-то рявкнул, снова спрыгнул на пол и побежал куда-то прочь из столовой всё ещё держа шёрстку дыбом и высоко подняв хвост. Маг не обратил на него больше внимания. Он только откинулся на спинку стула, какое-то время без интереса всё ещё смотрел на так и не тронутый поднос, потом словно вспомнил про Грега и Эстер, прежде чем всё-таки взяться за завтрак. Он не смотрел в их сторону, но как-то они поняли, что на них обратили внимание ещё до апатичного вопроса:
— Что думаете?
— Насчёт чего? — решился спросить Грег.
— Жильё, — не стал долго тянуть Теарон. — Мне всё равно, например. А как вам будет шумный дом с кучей то и дело вежливо ругающихся родственников, я не знаю. Вам, конечно, всё равно будут рады, и при вас вряд ли будет происходить что-то из ряда вон выходящее, но всё-таки. Гораздо удобнее вагона, много комнат, кормят и скорее всего будет даже чем заняться, если вдруг захочется. — Он немного помолчал и уже немного живее, но с оттенком усталого разочарования добавил: — Конечно, за восемь лет могло измениться всё, что угодно, но они — очень вряд ли.
Грег посмотрел на Эстер, она в ответ смогла только растерянно пожать плечами. Он не стал ничего ей говорить, только задумчиво отвёл глаза и постучал пальцами по столешнице, после чего снова взялся за свой поднос и пересел на прежнее место за столиком, где снова в себя с головой ушёл маг. Эстер не стала следовать его примеру, но тоже собралась, однако унесла посуду обратно на раздачу, как до этого сделали вахтовики. Обменявшись взглядами с вынырнувшей из кухни девушкой, она ещё раз взглянула на столик у выхода и решила пока просто их не трогать. У порога столовой её ещё поймал взглядом Грег, но Эстер жестами попыталась дать понять, что просто хочет прогуляться по округе, на что получила кивок и поскорее ускользнула наружу.
