Из всех Мастеров Зейт по-настоящему общался только с Солтом. Непонятно, что могло быть общего у Мастера Трансформы с Мастером Снов, но они довольно часто что-то обсуждали, о чем-то спорили и даже просто обедали вместе, сидя за отдельным столом в огромном обеденном зале на первом Верхнем уровне. Честно говоря, Солт не был Мастером Снов в прямом смысле, и сны были подвластны ему не больше и не меньше, чем любому другому. Правильнее было бы назвать его Мастером Иллюзий, но после выходки Сарка Совет решил навсегда избавиться даже от такой памяти о тщеславном Мастере.
– Вызывается Ответчик Кайл Анжей Солар, Посвященный четвертого далла.
Кайл вздрогнул, словно кто-то толкнул его под локоть, посмотрел на сверкающий белизной круг внизу и встал. Чтобы спуститься, не требовалось много времени и сил, но это оказалось-таки тяжело. Слишком уж много глаз было приковано сейчас к фигуре в бордовом плаще Посвященного. Оказалось, что из Посвященных остался только он. Все остальные, сидящие в Углу Истины, более или менее были осведомлены о произошедшем в кабинете Солта, но так жаждали узнать подробности, что Солар почти физически чувствовал на плечах давящий груз, нацеленных на него взглядов, а ступив на изображенный в центре круга знак «ран», ощутил себя неким диковинным товаром, собравшим неимоверное число желающих этот товар приобрести. Уже давненько в Сойле не происходило ничего из ряда вон.
Около часа Солар рассказывал о событиях, предшествовавших не слишком удачному возвращению с пятого Нижнего уровня. Он подробно описал случившееся, опустив лишь самую малость – странный разговор, не то с самим собой, не то… и переворачивающий душу отголосок того, что он почти ухватил за хвост возвращавшейся из Подпространства частью сознания. И если бы не Мастер Врачевания, выдернувший его из запредельных глубин, Кайл несомненно бы понял, что скрывается
Едва он закончил, Угол Совести буквально взорвался. В гуле голосов разобрать что-либо более или менее осмысленное было невозможно. Мастера, вскакивая со своих мест, кинулись выдвигать теории одну невероятнее другой, одновременно, позабыв о приличиях и достоинстве. На стоящего в центре зала Кайла никто не обращал внимания. Он посмотрел по сторонам и невзначай коснулся шелковой подкладки капюшона – словно чьи-то прохладные пальцы провели по щеке. Ощущение было таким реальным… И вдруг среди гомона Солар отчетливо услышал голоса, не узнать которые было невозможно.
«Зачем этот спектакль, если ты и так все знаешь?» – спросил Мастер Света.
«Затем же, зачем спрашивал и тебя. Мне необходимо было «видеть» все своими глазами», – ответил Всезнающий.
«Забавно».
«Не стоит так, Сарон. Ты зол из-за того, что он теперь не твой Ученик, но прости, ты больше ничего не можешь дать ему. Все, что ему было нужно, он взял уже давно и оставался с тобой лишь потому, что привязан к тебе так же, как ты к нему».
«Почему бы тебе не учить его?»
«Сарон, я не могу, и ты это знаешь».
«Но он без малого Мастер Разума…»
«Скоро он станет Хранителем и сможет сам выбирать», – перебил Всезнающий.
«Но он не лорн», – в голосе Сарона послышалась издевка.
«Это можно обойти. Прецеденты были, ты знаешь».
«А если он не определится?»
«Заберу его к себе…»
«Сделаешь из него какого-нибудь Наблюдателя или Архивариуса?! Тогда лучше ему быть вечным Учеником Калона».
«Калон Ушел».
«?!?»
«Несколько дней назад у меня было видение, а сегодня рано утром это произошло. Там был и… Он нас слышит!»
Разговор внезапно прервался, и на Кайла накатила волна дурноты. Все вокруг раскачивалось и кружилось. Пришлось приложить немало усилий, чтобы прийти в себя и удержаться на ногах, и именно в этот момент Следящий поднял руку. Споры мгновенно прекратились, и в наступившей тишине Сарон сообщил об Уходе Мастера Координатора.
Никогда в жизни, ни до, ни после, Кайл не слышал такой тишины. Мертвой. Не было слышно даже шороха одежды поднявшихся со своих мест мужчин. И как-то особенно оглушительно прозвучал вопрос Мастера Вод.
– Кто слышал Отречение? – тихо спросил он, и тогда палец Следящего без колебаний указал на потрясенного известием Кайла.
Словно тугая струя воздуха ударила Посвященного в грудь, сдавливая дыхание, и замелькали, понеслись перед глазами обрывки сна («Сна ли?»), выстраиваясь в жуткую своей реальностью картину.
Кайл пошатнулся, отступил, хватаясь руками за лицо, которое, как ему показалось, стало таять, как воск от огня, и маслянистыми каплями стекать к ногам, пачкая пол черным и красным… Красным? Солар оторвал руки от лица – они были в крови.
– Видел? – пророкотал в ушах чей-то голос, не то Всезнающего, не то Сарона, не то…
– Видел, – шевельнулись испачканные кровью губы Кайла.
– Слышал? – голос проникал в сознание, вонзаясь стальными раскаленными иглами в глазницы, ввинчиваясь прямо сквозь кости черепа…
– Да… – едва слышно шепнул Солар.
– Отвергаешь? – гудело в голове подобно набату.
