Сны о красном мире полностью

Дверь отворилась, и в зал, поклонившись, действительно вошел Наблюдатель в белом, на шее цепочка с кулоном, на котором поверх символа Сойла красовалось око. Когда Наблюдатель оставил принесенное на столе и, так же поклонившись, ушел, Всезнающий поднялся и достал из лежащего перед ним планшета карты Сил, пять рамок с заключенными в них похожей на стенку водяного пузыря субстанцией, той же, из которой были сделаны перегородки, разделяющие Зал Света на Углы. На каждой рамке имелась табличка с годом, месяцем, днем и часом. Карты Сил были в ходу лишь здесь, на Вершине, все прочие же, будь в том нужда, обходились обычными диаграммами.

Всезнающий разложил карты на столе перед Сароном в хронологическом порядке, благо, размеры стола позволяли, и не стал спешить с объяснениями, давая возможность Мастеру Света самому все рассмотреть. Чтобы сделать это, Сарону тоже пришлось встать, да и не дело это – сидеть, когда Всезнающий стоит.

Первая карта венчала сооруженную Варнором пирамиду. Ярко-белый свет, обычный фон Сойла, с разноцветными точками следов от практических занятий и экспериментов, проводимых в лабораториях, был изрядно изъеден бледно-розовыми, красными и бордовыми проплешинами. Когда Сарону доводилось видеть карты Сил в последний раз, этих пятен почти не было. Мастер Света поднял глаза на склонившегося над столом Всезнающего и получил тот ответ, которого ждал.

– Это фон Тумана, – подтвердил Варнор. – Впечатляет?

Глубоко в груди беспокойно зашевелилась, заворочалась ледяная игла, ставшая ощутимо больше. Казалось, что ее окровавленное, исходящее ядом острие вот-вот насквозь пробьет уставшее сердце.

«Туман. С большой буквы. Как имя».

Видя замешательство Сарона и будучи в это утро несколько менее сдержанным, чем обычно, Всезнающий взялся объяснять сам.

– Таким, – он показал на первую карту, – было расположение Сил, когда вы опустились на пятый Нижний уровень и вошли в хранилище. Теперь смотри сюда, – палец Мудрого переместился на следующую карту и уперся в имевшееся и на предыдущей бордовое пятно, которое теперь заметно раздалось в стороны, сделавшись почти черным, особенно в центре, а чуть левее, у самой границы, на бледно-розовом фоне появилось белое, чуть отдающее голубым, каплевидное вкрапление, повернутое длинным тонким хвостом к черному сердцу пятна. – Прорыв вспух едва ли не в ту же минуту, как вы вышли. Белая запятая с краю – след твоего портала, видишь, как лег? Эта дрянь всосала всю высвободившуюся от разрыва ткани Пространства энергию. Да, кстати, почему ты не экранировал вход?

– Сам не знаю, – Сарон покачал головой. – А это что за светопреставление?

Всезнающий не стал ничего говорить, ответ напрашивался сам собой; на долю секунды ему показалось, что Мастеру Света сделалось дурно. Что ж, его собственная реакция была такой же. Вместо длинной капли с краю, как у Сарона, в самом центре бордово-черного пятна сияла белая с золотым звезда, многочисленные лучи которой изгибались в разные стороны, подобно щупальцам морского гада.

Мастер Света медленно опустился в кресло.

– Ты вышел чисто, как по учебнику, даже смотреть не стоит, – продолжил Варнор и отодвинул четвертую карту. – Оказался далеко от центра…

– Кайл отошел всего на несколько метров и угодил в это?

– Да нет же, это, как ты выразился, было замкнуто на него. Он отошел, и центр возмущения переместился вместе с ним. А на выходе… До сих пор не укладывается в голове, но у Кайла две точки выхода.

Сарон глянул на карту – та же звезда, только к золотому примешалось немного алого, и еще одна, такая же, только чуть меньше, так близко к первой, что различишь не сразу…

– Солт, почувствовав неладное, выставил щит, а когда разобрался, что к чему, не долго думая, накрыл все колпаком, – говорил Варнор, словно не замечая, что Мастер его не слушает. – Вагрис парня почти что за волосы тащил из Подпространства, а когда в чувство приводил…

– Замолчи, – тихо сказал Сарон.

– Что?

– Замолчи, – еще тише повторил он. – Как ты можешь, он ведь твой…

– Он больше твой, чем мой, – равнодушно перебил Всезнающий, усаживаясь. – Ученики, бывает, становятся ближе родных детей.

– Что можешь знать об этом ты, Варнор, Мастер Разума? У тебя же не было ни одного!

– У тебя теперь тоже нет.

Мастер Света смотрел в молодое лицо своего ровесника. Вспыхнула и угасла, не разгоревшись, звезда ярости. Рассыпалась пеплом. Кровь по жилам текла медленно, лениво огибая торчащую в сердце ледяную занозу. Как же он устал. Как же он бесконечно устал… Где-то впереди замаячила та самая дверь, конец его ужасно, нестерпимо долгой жизни. Скоро наступит его черед. Скоро, но не сейчас.

Варнор заглянул в глаза своему единственному другу и все понял. И не сказал ничего.

– Надеюсь, у Калона достанет мастерства, чтобы вбить в голову Кайла хоть немного полезного, – сказал Мастер Света.