Она подошла ближе, почти не дыша. Медленно наклонилась, всматриваясь в своё лицо. Черты были её, но… что—то изменилось. Кожа выглядела чуть светлее, чем обычно, черты лица – мягче, будто слегка размытые, словно кто—то невидимый провёл рукой по её облику, сглаживая грани реальности. Её собственные глаза смотрели на неё внимательно, но в них появилось нечто чуждое – что—то, чего не было ещё вчера. Или… было?
Лия медленно подняла руку и осторожно коснулась лица кончиками пальцев. Тепло. Кожа была её, привычная, родная. И всё же тревога внутри только усиливалась. Она видела себя, но не узнавала. Что—то изменилось. Что—то сдвинулось в самой реальности, а она пока не могла понять, что именно.
Женщина стояла перед зеркалом, напряжённо всматриваясь в своё отражение, но реальность ускользала, словно зыбкая дымка. В груди неприятно сдавило, как будто она пыталась ухватиться за что—то важное, но оно всякий раз ускользало, едва не оставляя и следа. Где она была до этого? Воспоминания мешались, словно куски разных картин, сложенных в один хаотичный коллаж.
И вдруг, словно вспышка света в темноте, память прорвала туман. Она вспомнила свою квартиру. Большая кровать, мягкий свет настольной лампы, книга, которую она отложила, не дочитав до конца. Воспоминание было чётким, но одновременно отстранённым, как будто касалось не её, а кого—то другого. Она ясно видела, как, устроившись в кровати, провела ладонью по прохладным простыням, на миг задумалась о чём—то далёком, прежде чем позволить себе раствориться в сонной неге.
Но пробуждение было иным. Не привычное медленное осознание, а резкий рывок сознания в другую эпоху. Она вспомнила, как открыла глаза и увидела не современную спальню, а ту самую комнату в общежитии, которую покинула много лет назад. Одна тысяча девятьсот восемьдесят пятый год.
Воздух в комнате пропах старой мебелью, страницами книг, которых давно уже не существовало в её мире. Всё было настоящим – не иллюзией, не сном, а чем—то большим, чем даже реальность. Она чувствовала текстуру простыней под пальцами, слышала шорох шагов в коридоре, ловила обрывки голосов, доносящихся из—за тонких стен.
И Александр. Она видела его лицо, ощущала его прикосновения, помнила вкус его губ. Всё происходило в каком—то полузабвении, но было настолько настоящим, что оставило след не только в памяти, но и в теле. Она помнила, как лежала рядом с ним, чувствуя тепло его кожи, как слова затихали в темноте, уступая место дыханию, прикосновениям, ощущениям. Она думала, что, возможно, это их последняя ночь, и поэтому жадно впитывала каждый момент. Но что было потом?
Память рванулась дальше, к утру, к первым лучам света, пробивающимся сквозь шторы. К тому, как она открыла глаза и увидела, что он ещё спит, спокойно, глубоко, а её сердце сжалось от противоречивых чувств. Она долго смотрела на него, боясь пошевелиться, будто любое движение могло разрушить хрупкое равновесие момента.
А потом… пустота. Как будто кто—то выдрал страницы из её книги жизни. Ни дороги домой, ни возвращения в своё время, ничего. Только пробуждение здесь, в этом чужом гостиничном номере, где её не должно было быть.
Лия сжала виски, пытаясь вернуть хотя бы отголоски утерянного времени, но память упорно не поддавалась. Чем больше она старалась вспомнить, тем сильнее ускользало ощущение связи между этими событиями. Она сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться, когда внезапно спохватилась.
Её издатель! Наталья! Встреча была назначена ещё неделю назад, и она должна была прийти в офис точно к одиннадцати. Лия резко взглянула на часы. Полчаса! Сердце пропустило удар. Она не могла себе позволить опоздать.
Стремительно пересекла комнату и открыла дверь в ванную. В зеркале мелькнуло её лицо – бледное, напряжённое, с лёгкими тенями под глазами. Она убрала волосы с лица и включила воду. Струя обожгла ледяной прохладой, но она не убавила напор. Ей нужно было прийти в себя, избавиться от ощущения неясного страха, который не отпускал её с момента пробуждения.
Горячая вода текла по коже, смывая липкие воспоминания, но не стирая их. Лия закрыла глаза, давая себе хотя бы несколько минут полного забытья. Она сосредоточилась на ощущении тепла, позволила себе на мгновение расслабиться, но внутри не покидало чувство, что что—то важное ускользает от неё. Возможно, позже она сумеет разобраться, что произошло, но сейчас времени на раздумья не было.
Выключив воду, она быстро вытерлась и переоделась, выбрав строгое платье, которое казалось единственно правильным решением в этой новой, непонятной реальности. Взгляд на часы – двадцать минут. Нужно спешить.
Лия вышла из номера, твёрдо решив не думать о том, как оказалась здесь. Пока что.
