Александра больше нет, и эта мысль разрывала её изнутри, оставляя в душе зияющую пустоту. Девушка осознала это с болезненной ясностью, но сознание отказывалось принять неизбежное. Как может человек, которого она видела вчера, говорила с ним, слышала его голос, просто исчезнуть? Но это случилось. И теперь исправить ничего нельзя.
В груди разрастался леденящий ужас, расползаясь по телу, проникая в каждую мысль, в каждое воспоминание. Она словно вновь увидела себя вчерашнюю – спокойную, уверенную, думающую, что поступает правильно. Вспомнила, как села за столик в кафе, как слушала Вику и Олега, смеялась, старалась убедить себя, что выбрала лучший вариант.
Но вдруг перед глазами вспыхнула другая картина: тёмная улица, жёлтый свет фонаря, силуэт мужчины, шагающего вдоль пустынной дороги. В тот самый момент, когда она в кафе беззаботно болтала с друзьями, не подозревая, что совершила самую роковую ошибку, он, возможно, только выходил из университета, возможно, стоял на обочине, не зная, что через несколько секунд навстречу ему вырвется машина.
Она слышала смех Вики, чувствовала тепло чашки в ладонях, а он, может быть, уже тогда падал на холодный асфальт, чувствуя, как жизнь выскальзывает из его пальцев. В тот момент она действительно верила в иное будущее. Она думала, что теперь всё изменится, что её жизнь пойдёт по другому пути, что она сможет избежать всего того, что уже переживала прежде.
Но в этом другом пути не было места для него, и теперь Лия осознавала это с невыносимой ясностью. Она сама изменила ход событий, сознательно сделала шаг в сторону, надеясь вырваться из замкнутого круга, но, отвернувшись от Александра, будто стерла его существование из своей реальности. Этот выбор, который казался ей спасением, теперь обернулся пустотой, заполненной осознанием того, что без него мир стал чужим и бессмысленным.
Лия с трудом сглотнула. Горло сдавило так сильно, будто кто—то сжал его ледяными пальцами. Она чувствовала взгляды студентов. Их присутствие угнетало, заставляло её казаться голой перед сотнями невидимых глаз. Ещё шаг назад. Нужно уйти. Нужно выйти отсюда, пока не стало совсем невыносимо.
Развернувшись, Лия быстро пошла прочь. С каждым шагом дыхание сбивалось всё сильнее, пальцы дрожали, мысли разбивались о реальность, отказываясь складываться в осмысленные фразы. Она почти не замечала, как проходит коридор, как выскакивает на улицу, как холодный воздух ударяет в лицо. Она шагала всё быстрее, переходя на бег, не разбирая дороги, не слыша голосов, не видя лиц.
Мир перед глазами начинал расплываться, дрожать, терять чёткость. Город, который всегда был реальным, вдруг начал исчезать, рассыпаясь на прозрачные очертания домов, деревьев, людей. Лия моргнула, но ничего не изменилось. Всё вокруг словно теряло форму, становилось зыбким, неуловимым. Казалось, что если она сейчас остановится, задержит дыхание, закроет глаза – то провалится в пустоту, из которой уже не выбраться.
Она остановилась, пытаясь собраться, пытаясь удержать этот мир в своих руках. Но внутри уже не было ни сил, ни желания бороться.
Лия медленно отступила, ощущая, как её тело становится невесомым, а ноги словно теряют опору. Казалось, что сама реальность разрывается, трещины пролегают по воздуху, по земле, по её сознанию. Ещё шаг – и город вокруг начал осыпаться, как старая, выцветшая фотография, кусками растворяясь в пустоте. Пространство подёрнулось рябью, звук шагов исчез, и вместе с последним всплеском света всё вокруг погрузилось в абсолютную, бездонную темноту.
Лия вынырнула из тьмы резко, как будто её переключили из другой реальности, заставляя легкие судорожно вдохнуть. Она резко открыла глаза, и в первые мгновения перед ней был только потолок, мягкий свет, пробивающийся сквозь шторы, и гулкое биение сердца в груди.
Воздух казался тяжёлым, сознание – спутанным, как после глубокого сна, который был слишком реальным. Несколько секунд она просто лежала, не шевелясь, позволяя ощущениям прийти в норму. Сердце постепенно замедляло ритм, дыхание выравнивалось, но внутри оставалась странная дрожь – как будто мир вокруг был слишком плотным, слишком осязаемым после той пустоты, где она только что была.
Она медленно перевела взгляд на комнату, стараясь понять, что происходит. Всё было на своих местах. Полка с книгами, комод, плотные шторы, которые всегда висели в её спальне. Всё выглядело так, словно она никуда не исчезала.
Но странное чувство беспокойства продолжало грызть её изнутри, будто невидимой рукой кто—то настойчиво пытался напомнить о чём—то важном, о чём она пока не могла вспомнить.
Лия приподнялась на локтях, но тело всё ещё ощущалось чужим, словно не до конца вернулось в реальность. Ей не хотелось признаваться самой себе, но всё казалось слишком правильным, слишком привычным, слишком похожим на её жизнь, в которой не было шагов в небытие, разрушенных улиц, траурных листков с именами погибших.
Но это было. Было, и это нельзя просто забыть.
