— Ты так редко возмущаешься и возражаешь. А ещё реже, просишь о чём-либо. Сносишь всё в молчании и принимаешь так же. Если б ты знала, как я ненавижу в тебе это. Что ты ведёшь себя, словно меня здесь нет.
Хейх провёл пальцами по моим щекам.
— Лория, верь мне. И я поверю тебе. Попроси и я исполню всё в точности, от и до. Тебе стоит только озвучить это. Что ты хочешь от меня, кроме свободы, что я не могу пока тебе предоставить?
Я молчала, не думая ни о чём.
— Лория, ну же!
Хейз вновь провёл пальцами по моим губам.
— Есть хоть что-то, что ты бы хотела от меня?
Я повернула голову, долго смотрела на него.
— Я не знаю. Думаю, ничего.
Губы Хейза прикоснулись к моим губам. Я вздрогнула всем телом, а потом неожиданно для себя ответила. Язык Хеза прошёлся по моему. Уста Хейза впились, присосались до боли. В каком-то отчаянном выдохе я распахнула рот шире, отчего уже мои губы обхватили его. Хейз вдруг отстранился, разделся и лёг, не касаясь меня, а лишь вглядываясь зрачками. Уже я сама прильнула к нему и впилась в его губы. Моё тело перелегло на его. Руки сами собой обхватили торс Хейза. А потом, как нервный ток по позвонкам, я сдавленно заплакала, уткнувшись ему в шею. Хейз поспешно обнял меня. Мои слёзы вскоре прекратились, и я лишь судорожно начала всхлипывать.
— Я не могу, Хейз! Все, кого я когда-то любила, все уходили и покидали меня. Это какой-то рок. Они признают, что питают ко мне чувства, но ни один из них так и не захотел остаться со мной надольше. Это каждый раз удар и болезненная рана. Каждый раз я заново начинаю свою жизнь, а потом вновь спотыкаюсь на том же месте. Все ищут простой и спокойной жизни, но со мной это невозможно по определению.
Я замолчала. Ком стоял в горле. Хейз удерживал меня на себе. Его пальцы поглаживали кожу, тело согревало теплом. Это и умиротворяло, и обезоруживало.
— Ты боишься именно этого? Боишься споткнуться об меня?
— Да. Мне тяжело даётся каждое расставание, как бы я ни храбрилась при этом. Я не хочу переживать всё это заново. Это убивает меня. Меняет в кого-то, кем я не хочу быть. В эгоистичного человека, в бесчувственное существо.
— Я понимаю. Но, Лория, есть один человек, что полюбил тебя безоговорочно и нуждается в тебе больше, чем кто-либо. Это моя сестра.
Я отстранилась и села, отрицательно покачав головой.
— Твоя сестра нуждается в лечении. Длительной комплексной терапии. Первый этап над ней я уже совершила. Её душа существует обособленно от тела, которое по непонятным для меня причинам сжирает её заживо. Я заключила её личность в структуру и оболочку, что извлекла из себя, чтоб взаимодействие шло через своеобразный фильтр, не причиняя вреда её душе. Этим и вызваны её внезапные тёплые чувства ко мне. Она плотным объёмом соприкасается с моей частью души. Тут волей-неволей да воспылаешь чувствами.
Хейз смотрел взором, с которым лучше не иметь дела.
— Почему ты не поставила меня об этом в известность?
— Я собиралась. Но меня волновались совершенно другие проблемы до этого. Луна была в моём теле на протяжении нескольких недель. Удерживать её в спящем состоянии было похлеще всего, что я проделывала до этого. Из-за событий, что пошли помимо моей воли, мои силы стали иссекать, мне всё сложнее стало сохранять её в одном процессе. Времени оставалось немного. Тело своё я покинуть не могла, она бы овладел им, так как своё ею было утрачено полностью и в болезненном, травмирующем процессе.
— Почему ты не сказала об этом?
— Это противозаконные действия. Я спасала самоубийцу. И в том числе на мои средства незаконно было приобретено для неё тело.
Хейз хмыкнул.
— Ты думаешь я бы стал распространяться об этом, являясь сам прекрасной мишенью для обвинений?
— Это было бы ещё одним козырем в твоём рукаве.
Хейз плавно переложил меня обратно на свою грудь.
— Мне нужно обдумать всё это, как следует.
Его руки вновь оказались на моей спине, медленно проходя по одним и тем же участкам, одними и теми же движениями. Я замерла. Всё давно вышло из-под контроля. Всё давно развивается помимо нашей воли. Хейз считал, что заправляет балом. Но по факту сам выплетает вокруг себя сети, в которые изловил, а теперь удерживает меня. Наверное, так, как чувствую себя сейчас я, чувствует себя жертва маньяка, что похитил её и удерживает для собственного удовольствия. Это была зависимость. Больная. Страшная. Жестокая. Пытка. Язва. Рана. Какой был самый правильный выход из неё, я не знала. А те, что приходили в голову, были один ужаснее другого.
Половина следующей ночи опять прошла в присутствии Хлои. После того как она явилась в нашу с Хейзом постель, я вновь не могла долго уснуть. Она, прижимающаяся с одного боку. Хейз, лежащий вплотную с другого. Всё это было выше моих сил. Мне казалось, что я нахожусь меж двух огней, что вот-вот подпалят со всех сторон и я, корчась в агонии, сгорю заживо.
