Отто зашёл внутрь и сразу окунулся в изысканную (но не напыщенную) атмосферу. Зеркала, картины, светильники, бордовые бархатные кресла и диван, бордовая обивка на тяжёлых стульях (на некоторых – светлая, с вышитыми бордовыми цветами), золотые витые колонны, тёмно-коричневые столики с бордовыми же салфетками и цветами в вазочках, солидные солонки и перечницы, похожие на крупные тёмные шахматные фигуры, у дальней стены, на длинной стойке – сухоцветы в высокой вазе, позолоченные бутылки с красными бантами на горлышках, напоминающие о Рождестве, на само́й стене – название кафе большими золотыми буквами. Отто, с трудом оторвавшийся от разглядывания, оплатил комплексный обед, предъявил на раздаче чек и поставил на дальний столик пластиковый поднос с гороховым супом с гренками и картофелем с курицей под соусом и двумя горстками салата. Отто налил себе стакан воды с лимоном из графина на специальном столике в углу и наконец уселся. Вешалка в зальчике была, но он повесил куртку на спинку стула. Чуть приглушённое освещение и приятная музыка настраивали на расслабленный лад. Уникальная возможность – влезть в богатый ресторан (ладно, кафе-ресторан) и ощутить его прелесть, почти не чувствуя себя здесь лишним. Кто-то на раздаче попросил упаковать еду с собой, и Отто занялся супом.
Часы в форме разделочной доски, висящие на стене, отсчитали почти сорок минут, прежде чем Отто с большой неохотой поднялся из-за столика. Обед он съел довольно быстро, а потом бездумно сидел, цедя лимонную воду, скользя взглядом по приходящим и уходящим посетителям, и думал. А потом снова думал. Сто раз решил, что надо обратиться в полицию и зарубить эту вопиюще опасную глупость на корню.
Сто один раз решил, что нужно рискнуть.
Стоило только представить, что его могут начать узнавать (все эти жующие и не обращающие на него ни малейшего внимания лица), могут даже начать просить автографы и разрешения сфотографироваться (чтобы гордо выложить картинку с прославившимся автором супертриллера в соцсети), что постепенно можно будет позволить себе хоть пять комплексных обедов за день, а ещё лучше – приличный (действительно приличный) ресторан ежевечерне, что лавры Огрызка померкнут перед новым шедевром Отто так же быстро, как гаснет неказистая обгоревшая спичка под натиском свежего ветра… Стоило только представить, и остановиться было уже невозможно. Невозможно прямо-таки на физическом уровне.
Поэтому когда Отто вышел из Русского театра, он уже точно знал, чего хочет и насколько сильно готов ради этого рискнуть.
И поэтому, когда Абсорбент вернулся в чат, Отто уже точно знал, что ему ответить.
Провал по всем статьям. Арво Саар не уничтожил их, но был близок к этому. Всех как следует прошерстили. Источника утечки (очередной утечки!) не обнаружили. Но то, что фотографии попали в интернет, вызвало нехилый резонанс. Как общественный, так и внутренний, полицейский. Фото действительно были ужасными. В их городе давно такого не случалось. Вся эта кровь, обезображенные лица жертв, орудие убийства, равнодушно брошенное тут же, пятна белой пыли, смешивающиеся с обильным красным… Не такие фотографии, которые стоило бы показывать населению. В итоге Арво, здраво рассудившему, пришлось удалить некоторые из них. Но обратного пути уже не было.
Хендрику снова пришлось провести экстренную пресс-конференцию. В основном он опять оправдывался – не прямо, осторожно, как умел только он, поэтому хотя Пярн и чувствовал себя донельзя унизительно, остальные этого не увидели. Потом вновь посыпались вопросы про Абсорбента и его поимку. Обнаружились ли новые улики? Как связаны жертвы? Какой у маньяка мотив? Сколько это будет продолжаться?