–Может, в теплом больничном воздухе, который во всех больницах одинаков, содержится что-то вроде высокоактивного газа ожиданий, который, стоит только его вдохнуть, опьяняет человека & внушает ему самые нелепые надежды, – & человек думает: здесь-внутри всё, что было больным неисправным разбитым попавшим-в-Аут, можно снова исправить, соединить & вылечить. – –Неудивительно: когда столько беды скапливается под 1 крышей….. – –И беда физически ощутимо присутствовала в коридорах, перед дверьми палат, в застиранных полосатых-&-цветастых халатах; она гнездилась в каждой ниточке, застревала в порах гардин & оббивке диванов, покрывала желеобразным слоем выкрашенные масляной краской стены, заползала в босоножки сестер, в складки голубовато-белых медицинских халатов, которые, как грубая мешковина, обвертывали их, сестер, изработавшиеся тела (а ниже виднелись икры с зигзагами расширенных вен под отвратительно-светлой кожей). Одна еще молодая, пухленькая нянечка толкала мимо меня раздаточный стол на колесиках. На нем кучами громоздились грязные тарелки – из застывших коричневатых лужиц соуса торчали вилки с остатками еды, – и был там еще металлический бачок, видимо, тоже с остатками почти остывшей еды. На одной тарелке лежал кусок мяса, недожеванный & выплюнутый: серо-коричневый, с тянущейся вдоль него жилой, – :Беда, подумал я тогда, беда не только в таком месте, как это, но всюду: расширенные-вены остывшие-несъедобные-остатки, наводящие тоску, которые остаются от людей….. & с которыми другие люди должны что-то делать.
–Ты имеешь в виду –
–Запахи в больнице. Запахи, которые все вместе, в своей лишенной лакун теплоте-&-пастообразности, воспринимались как долгое рукопожатие, как дружеское приветствие без нарочитости и радостных возгласов, – ведь каждому месту свойствен свой способ выражать дружелюбие. И все же: Эти запахи в их совокупности производили такое впечатление, будто они маскируют другой, более сильный запах: распространяющийся от всех тех комков человекоплоти, что молят лишь о продлении их существования еще на несколько минут, – будто они скрывают этот смрад – по той же причине, по какой в доме палача не говорят о веревке…..
–Ах !прекрати. Во всем, что ты рассказываешь, все вертится вокруг запахов-&-смрада. Снова и снова. У тебя навязчивая идея. Это всегда и всюду первое, что ты –
–И это же всегда бывает последним, что остается: запахи. Имена тех, кого я знал, их внешний вид, привычки, даже ощущения от прикосновений –:давно забыты, passé[88], как и Все, хорошее и плохое, чему вы придаете значение. Но !запахи, они остались со мной, неизменившиеся. Как если бы запахи были 1ственным, что из людей может получиться наверняка. И 1ственное, что из всех=их желаний & надежд в конечном счете получается: смрад. И точно так же, как существуют проблемные пьяницы, существуют проблемные смердяки : люди, которые, даже будучи !болезненно=старыми, еще ?Чего-то-ждут & ?Чего-то-требуют от того, что они называют «своей-жизнью»; & которые поэтому постоянно терпят поражение, или: не в поражении даже дело, а во всех=этих мелких разновидностях нефункционирования, неосуществления, – как бывает с детьми, которые мастерят что-то, пользуясь готовыми деталями из конструктора, но не могут реально довести до конца то, что они уже собрали в своей фантазии: потому что всегда какая-то деталь отсутствует не подходит теряется или вообще оказывается, что они с самого начала продумали все неправильно – : И они просто остаются – в своем мире – ни с чем, если не считать фантазий в их голове, и их досады, & очередного – последнего – Не получилось; И должны теперь для себя=самих & того, что они считают своей Родиной, найти какую-то опору: в собственных испарениях, в которых они могут укрыться как в материнской плоти, & в таком запахе, какой обычно исходит от влажной собачьей шкуры, найти для себя убежище – как в матке. Страдающие от навязчивого невроза Искатели-Родины, не способные содержать в чистоте ни свое тело, ни ум, и даже не желающие самостоятельно подтереть себе задницу – Самонадеянность & Укрытость-в-собственном-смраде : Поиски Родины всегда заканчиваются в дерьме.– И в этом коконе, который они повсюду таскают за-собой, как улитка свою раковину, они могут существовать на протяжении всей=жизни, источая такой смрад, который, как у городских бомжей, уже не заключает в себе ничего органического, ничего, что напоминало бы человеческие секреции, – который кажется скорее продуктом синтетики: удушливые, концентрированные миазмы, как от бульонных кубиков «Магги» – : маска из смрада, сверх-человеческая – : ?Думал ли он о ?!ней, когда мечтал о сверхчеловеке, этот Ни –
–Довольно. !Хватит. Мой!бог –
–Беда, которая постоянно нахлобучивает на себя крышку, & тем самым даже то !величие, которое может заключаться в !страдании –
