Собачьи ночи полностью

–?Что с вами. Вам ?нехорошо – !Минутку – я принесу во –

–Нет!нет. Все уже в порядке. Не беспокойтесь. Ерунда. Останьтесь. Рассказывайте. Расскажите дальше. !Пожалуйста. Я хотел бы вас дослушать: Всю эту историю –

Женщина снова усаживается в кресло, вертит в руках стакан с виски, пока стекло не становится молочно-мутным, с дымчатыми разводами от ее влажных пальцев. Проходит довольно много времени, прежде чем она вновь начинает говорить, как если бы ей пришлось заново придумывать каждое отдельное слово.

–Толстяк, как вы его называете, не мог успокоиться на том, что моего мужа уволили с работы. Он хотел !совсем его уничтожить. Никаких разумных оснований для этого не было. Потому что исковое заявление, поданное моим мужем в суд, естественно, давно уже отклонили. Да и арбитры по трудовым конфликтам не желали мараться, впутываясь в такое дело. Всех устраивал вариант с бессрочным увольнением, никто не желал объясняться с вышестоящим начальством..... А увольнение фактически подразумевало для моего мужа запрет на дальнейшие посещения больницы. Значит, даже если бы он отважился повторить свои показания относительно торговли человеческими органами где-нибудь в другом месте, он бы уже не смог представить !никаких доказательств. Для больничного начальства инцидент на этом был исчерпан. Но для Толстяка – ни в коей мере. Тот не отставал от своей жертвы. Движимый чистой злобой. Или же ради чистой радости, которую доставляют ему страдания Другого. Жажда уничтожения постоянно стимулировала его фантазию.

Она опять выпивает виски в 1 присест, но на сей раз дело обходится без кашля. Быстро заканчивает она свой рассказ, излишне торопясь, будто зачитывает вслух бессмысленную в ее представлении таблицу, с обозначениями очень далеких от нас, анонимных & зашифрованных под кодовыми номерами событий, которые, однако, для специалистов в данной области важны & понятны: –В 1 прекрасный день наш счет в банке просто заморозили & мы уже не могли ничего с него снять – а следовательно, не могли больше вносить квартплату, оплачивать газ и электричество – ведь ни одному из нас не удавалось найти для себя работу. Моего мужа не захотела нанять – в качестве могильщика – даже Церковь. Видимо, он показался им чересчур горячим для того супчика, который они все-эти годы готовили на костре своей партии..... Правда, от мамы моей & от родителей мужа время от времени приходили какие-то деньги. Так что голодать мы не голодали, и у Малышки тоже всегда было, чем перекусить & в чем отправиться в школу. Потом, 1нажды, с его родителями произошло несчастье: оба погибли. Никто нам так и не объяснил, ?что !именно с ними случилось..... Вплоть до сего дня. Но, тем не менее, я !убеждена, что без Него, Толстяка, здесь тоже не обошлось. И кто поручится, что он не приложил свою грязную руку также и к сегодняшнему несчастному случаю с моим другом. !Подумайте. Он ведь хотел рассчитаться с нами обоими, с самого начала. Однако пока что своей цели не достиг. Толстяк до тех пор преследовал эту цель, пока он – пока мой муж –

Беззвучный плач, ни 1 всхлип не разбивает на куски ее голос, слезы открыто и безостановочно текут по лицу, пока она продолжает говорить, как если бы то были не ее слезы, как если бы она говорила не своим голосом, рассказывала не свою историю. –Две недели муж мой оставался пропавшим без вести. Каждый день я слушала новости; и каждый раз, когда кому-то удавалось преодолеть Стену или кого-то убивали возле Стены, я думала: Это !он. Наверняка это !он….. !?Можно ли плакать каждый раз, когда слышишь об удачном побеге или о застреленных при попытке к бегству. Я плакала. Плакала каждый раз. Потому что – думала, а вдруг мой глупый плач все-таки поможет & снова окажется, что это был не он, что он еще жив –. И я действительно не слышала его имени в этих сообщениях о застреленных. Он оставался просто: пропавшим без вести. Когда Малышка спрашивала о нем, я говорила: он уехал по служебным делам. Но, думаю, она не очень долго мне верила. А ведь я, как потом выяснилось, была !права, в определенном смысле –. В конце концов, через две недели, его нашли. В лесу. Там, где он раньше всегда гулял после напряженного рабочего дня в больнице. Именно там он повесился.

Женщина больше не плачет; ее голос стал холоднее, как воздух после продолжительного дождя: –Меня и малышку он по-свински бросил на произвол судьбы. Это типично для так называемых героев. А потом: Потом и самой ГеДеР пришел конец. Она в1ночасье исчезла. Как привидение. Была, да сплыла. По крайней мере, граница исчезла – но !не Толстяк….. Тот просто на время нырнул под воду….. И в один прекрасный день вынырнул: В качестве собственника этого дома….. & других домов, по соседству. – (Она снова поспешно пьет) –!Не сомневаюсь: Теперь все дело во !мне. После мужа он принялся за меня. И не успокоится до тех пор, пока я и Малышка не –

–Но ?!почему. Дерьмо собачье: ?Почему: ??Какая ему от этого –