— Эй! — закричал Ушастый сине-белым. — Дайте доллар, ну хотя бы полдоллара! — И сверкающая монета, описав дугу, приземлилась прямо перед ним, точно так, как и предсказывал Ибсен. Ушастый поднял монету, зачарованно посмотрел на нее, не понимая, почему старик-торговец отказывается иметь дело с долларами. И еще ему было совершенно непонятно, почему сине-белые просто так взяли и бросили ему монетку, поэтому он сделал еще одну попытку.
— Эй! — прокричал он. — Еще одну, ну хотя бы маленькую, будьте так добры…
Еще одна монетка упала вниз, затем на палубе раздался взрыв смеха. Когда он наклонился, чтобы поднять ее, то почувствовал резкий удар в затылок и услышал еще более громкий смех наверху. Он инстинктивно схватился за больное место и, пока боль растекалась по телу, почувствовал сильный толчок в шею и еще один удар, когда новая монета стукнула его по колену. Стоя так под градом монет, Ушастый понял, что сине-белые не просто поставили себе цель подарить ему множество монет, нет, они старались
Когда он вернулся домой — весь в синяках — Джордж Вашингтон в нескольких вариантах занял место рядом с царем Николаем. Смех, раздававшийся на причале, все еще звучал у него в ушах. «Может быть, я продал свою душу дьяволу за доллар Дяди Сэма?» — подумал Ушастый, обращаясь мысленно к тем монетам, которые остались лежать на причале у большого корабля. Но когда на следующий день он побежал в порт, надеясь найти оставшиеся монетки, оказалось, что все они исчезли вместе с военным кораблем и сине-белыми матросами. Благодаря происшествию на причале он не только узнал, что такое доллар Дяди Сэма, но и убедился в том, что коллекционирование монет — занятие не из легких. И когда он не ловил крабов, и не стоял по стойке «смирно» в белом здании школы, и не кланялся вежливо старшему учителю Крамеру, он заглядывал к торговцу монетами Ибсену на Алликегатен.
— Ха-ха! Ну что, это опять ты, наглец! Откуда у тебя столько денег? — За внешней непримиримостью Ибсена скрывался тем не менее страстный коллекционер, который был более чем благодарен судьбе за то, что теперь у него есть верный апостол.
— Кристиан Девятый, — ворчал этот не имеющий возраста старик, — ты не знаешь, кто такой Кристиан Девятый? Бог мой! Да чему там вас в школе учат? Король Кристиан бывал в моем магазине! Спроси меня, когда! В 1864 году, государственный деятель большого масштаба, ну и скупердяй страшный! Несколько дней пришлось с ним торговаться, но что ты в этом понимаешь! Ха-ха! Ты мне не веришь?
Ушастый пожал плечами.
— Ха-ха! Ты думаешь, что король Кристиан — это черт знает когда было, ты думаешь, что Фредерик Вильгельм Прусский торговал крабами на Рыбном рынке! Ха-ха! У тебя, молокососа, что, вообще нет исторического чутья? Спроси, бывал ли Вильгельм Прусский в моем магазине, спроси, равны ли 16 скиллингов 192 пфеннигам, и я отвечу «да»!
Таким образом Ушастый изучил Любекское денежное обращение: пфенниги, скиллинги, марки, далеры, валютный союз 1873 года, а также различные формы жульничества, в частности как добавляли слишком много меди в золотые и серебряные монеты. В коробке под кроватью рядом с царем Николаем постепенно поселились Карл III Испанский, Фридрих Август I Саксонский, Вильгельм Прусский и различные датские короли — в серебре и меди.
Но и количество долларов Дяди Сэма значительно выросло, и, конечно же, Ушастый не рассказывал Ибсену, что всякий раз, когда американские военные корабли пришвартовываются к набережной Сколтегрюннскайен, он неизменно появляется на причале — правда, теперь с кастрюлей, которую он надевал на голову, и с крышкой от кастрюли, которая служила ему щитом от града монет.
— Дайте доллар! Ну хоть один! — кричал Ушастый, бешено размахивая руками и дрыгая ногами перед сине-белыми, стоящими на палубе.
