В ходе боев командиры и бойцы школы личным примером вели за собой остальных, в том числе и монгольских цириков.
Так, заместитель политрука 1-й учебной роты Семен Иванович Морозов, участвуя в сражениях с 21.07 по 29.08.1939, показал себя бесстрашным в бою, неоднократно ходил в атаку, ведя за собой людей. Своей винтовкой уничтожил снайперов и пулеметные расчеты противника.
28 августа 1939 г. во время очередной атаки укрепленных позиций противника он уничтожил огнем шесть японских самураев, получил ранение, но оставался в строю до окончания боя. Награжден медалью «За отвагу» (17.11.1939).
Командир отделения Сергей Васильевич Шварцев участвовал в боях с 12 по 28 августа 1939 г. Четыре раза ходил в наступление на укрепленные позиции японцев, вел за собой цириков, увлекая их своей смелостью и мужеством. Одним из первых занял окоп противника, уничтожив врагов ручной гранатой. Награжден медалью «За отвагу» (17.11.1939).
История оставила нам имена и фамилии и других мужественных и отважных военнослужащих школы — участников тех боев. Среди них: командир отделения Сергей Павлович Субботин; командир отделения Николай Кириллович Зеленченко; начальник ветеринарной службы, военврач 2 ранга Андрей Афанасьевич Кубанцев; командир учебной роты, капитан Александр Максимович Нестеров; командир учебной роты, капитан Петр Георгиевич Новиков; командир учебного батальона, подполковник Константин Константинович Голиков. Все они были награждены правительственными наградами.
К сожалению, нашим подразделениям не пришлось поработать по основной специальности — истребителей танков, так как японцы, убедившись в самом начале операции в недостаточной боеспособности своих танков, в бой их, по крайней мере на флангах, больше не вводили.
По отзывам ветеранов — участников тех боев, полковник Григорий Пантелеймонович Медведев во время этой экспедиции показал себя заботливым командиром и неутомимым организатором, умеющим сохранять спокойствие и выдержку перед лицом самых серьезных боевых испытаний.
Всякому понятно, как заразительно действует это спокойствие на бойцов, хотя и готовых умереть за Родину, но еще ни разу не участвовавших в бою и впервые видевших в небе по 800 самолетов одновременно.
Так, например, 10 августа машина, управляемая полковником Г. П. Медведевым, попала под артиллерийский обстрел. Только исключительное спокойствие позволило полковнику Медведеву осуществлять прямо-таки трюковые маневры, на которые отнюдь не рассчитана хрупкая конструкция «эмочки».
И все же один из снарядов разорвался почти рядом с машиной. Это событие так подействовало на политработника Олейника, что он был не в себе часа три, находившийся в машине Маклаков был бледен как полотно, а полковник шутил и смеялся, как будто вернулся с приятной прогулки.
И такие примеры, когда люди рисковали во имя поставленной цели, имели место почти каждый день.
Монгольские войска, дислоцировавшиеся в районе реки Халхин-Гол, хорошо взаимодействовали с нашими войсками.
С большим воодушевлением читали на фронте взволнованное письмо монгольских воинов нашим бойцам:
«Дорогие братья, бойцы Красной армии!
Мы, цирики, командиры и политработники частей Монгольской народно-революционной армии, действующей в районе реки Халхин-Гол, от себя и от всего трудового народа Монголии горячо приветствуем вас, защитников нашей Родины от японских захватчиков, и поздравляем с успешным окружением и полным разгромом самураев, пробравшихся на нашу землю.
Наш народ золотыми буквами впишет в историю борьбы за свою свободу и независимость вашу героическую борьбу с японской сворой в районе реки Халхин-Гол. Если бы не ваша братская бескорыстная помощь, мы не имели бы независимого монгольского революционного государства. Если бы не помощь советского государства, нам грозила бы такая же участь, какую переживает народ Маньчжурии. Японские захватчики разгромили бы и ограбили нашу землю и трудовое аратство. Это не случилось и никогда не случится, так как нам помогает и нас спасает от японского нашествия Советский Союз.
Спасибо вам и спасибо советскому народу!»
