— Поздравляем, — раздалось тихое поздравление официанта, который принес с собой тарелку с мороженным тортом. И Ника не сдержалась. Вдруг так широко и искренне улыбнулась, что аж чуть не прослезилась. Торт, для нее! Да еще какой?! Она обожала мороженные торты, это было ее слабостью. Видимо Серебряков видел коробки в мусорке. Блиин! Приятно то как.
Она подняла сияющий взгляд на мужчину и тот сдержанно усмехнулся.
— Угадал?
Ника кивнула не в силах вымолвить и слова.
Им подали ложечки и отрезали по куску на блюдечки. Ника с таким наслаждением уплетала каждый кусочек, что Алекс не удержался, тихо рассмеявшись.
После трех кусков, Ника все еще с великим сожалением смотрела на остатки понимая, что больше не влезет, но так жаль оставлять. Вот это ее тоскливое выражение здорово смешило Серебрякова, и Ника послала ему уничтожающий взгляд, он лишь лукаво улыбнулся.
К машине они возвращались молча, Ника держала его подругу, задумавшись о чем-то о своем. Шли не спеша, словно наслаждаясь вечером. Ника задрала голову, в городе звезды были почти не видны. Наверно там, где жили родители Алекса, они просматривались лучше. Но когда они там были, была метель, и звезды было не увидеть.
— Кстати, поздравляю, — подал голос Алекс и Ника оторвалась от созерцания неба.
— Кстати, спасибо, — кивнула она. — Откуда узнал про день рождение? По цветам догадался?
Что-то мелькнуло в его взгляде, но при таком плохом освещений, было не понятно, что именно.
— На свидетельстве написано.
Ах да, она и забыла, там и правда написана дата ее рождение. И его кстати тоже. А какая у него там дата? Вроде у них не большая разница в днях рождениях. В ноябре? Или в январе?
— Не ломай голову, мой день рождение ты успешно пропустила, — вновь словно прочитав ее мысли усмехнулся он и открыл дверцу машины. Переднею, рядом с ним. Ника не стала спорить и села в машину.
— Извини, — тихо пробормотала она, когда огни города замелькали за окнами.
Он криво улыбнулся, смотря на дорогу.
— За что? За то, что день рождение пропустила или за то, что ревновала к Кате?
— К «Кате», — с какой-то издевкой в голосе процедила Ника, уставившись в боковое окно. — Сдались вы мне оба. За день рождение.
Хотя, если честно, что-то ей уже ничего не жаль было. Надо бы еще в добавок нахамить, чтобы не улыбался так ехидно, поглядывая в ее сторону. А то она в отражении не видит. Гад такой!
— А куда мы едем? — Ника вдруг поняла, что уж очень долго они до дома добираются и начала озираться вокруг в поисках ориентира.
— Домой, — он чуть криво улыбнулся, не отрываясь от лобового стекла.
— К тебе?
Алексей повернул к ней голову.
— К нам.
— Это твой дом, — зачем-то для уточнила она стараясь не встречаться с ним глазами.
— Наш. После замужества, у тебя тоже есть право в нем находиться и жить.
— Но…
— Но да, если разведемся, он под раздел имущества не попадает, как и твоя квартира. Так как были приобретены до бракосочетания. Но по желанию, мы оба можем переписать наше имущество друг на друга, завещать или оформить генеральную доверенность, а также сделать совладельцем…
Возможно он хотел сказать что-то еще, но внезапный хохот прервал его перечень, и Алексей недовольно сузил глаза мельком поглядывая на Нику, пока следил за дорогой.
А та все не могла отсмеяться. Минут пять ее еще потом в молчаливом смехе трясло.
Серебряков молчал.
К моменту, когда они наконец подъехали к его дому, Ника все еще не могла прекратить глупо улыбаться.
— Мы с ночевкой? — осторожно поинтересовалась она, когда они выходили из машины.
— С ночевкой.
— У меня с собой ничего нету…
— Мое возьмешь.
Нике показалось, что он был задет ее внезапной реакцией, но сама она ничего не могла поделать. Он впервые с ней использовал профессиональный язык и тон, которым он все это декламировал, ее насмешил. Может потому, что была так напряжена и задета произошедшим до этого, возможно что-то еще. Но сейчас стало даже как-то свободней дышать.
Сняв в прихожей верхнею одежду, Серебряков жестом поманил ее подняться сразу на второй этаж в спальню.
— Дам тебе одежду, сможешь сразу переодеться, — пояснил он на ходу стягивая свитер и расстегивая рубашку. К тому времени, когда они подошли к спальне, он уже снял рубашку небрежно бросив ее поверх покрывала на кровать и туда же свитер.
Ника невольно залюбовалась игрой мышц под кожей на спине. Даже едва слышно выдохнула и тут же себя обругала. Не первый раз же его по пояс голым видит. Видимо гормоны совсем разыгрались, надо попринимать магний что ли. Может нервишки по меньше шалить будут.
Она следовала довольно близко к нему и в момент, когда он резко остановился, она почти врезалась в него, успев выставить вперед ладони. И вместо того, чтобы убрать сразу ладони, провела ладонями по его спине вниз, разводя в стороны в ранее пояса и только тогда отступила назад. Она сама не знала, зачем так сделала, но захотелось.
Ника видела, как он напрягся, не оборачиваясь и поняла, что зря так поступила. Вот сейчас опять вернется к настроению, которое у него появилось вечером у родителей, когда он злой и раздраженный всячески от нее ограждался.
