Кора повернулась и бросила на него быстрый, оценивающий взгляд.
– Нет, – вернулась она к дороге. – До гола не нужно.
Она не знала, как долго красавчик будет пребывать в состоянии золотого кадра, поэтому медлить было нельзя.
– Но нужно сделать все по шустрому. Ты, кажется, сейчас свободен?
В мыслях Натан уже распрощался с прежней работой. Вряд ли бы сейчас нашелся человек свободнее его.
– Отлично! – счастливая Кора взяла телефон и набрала куратора агентства.
– Маргарет! Алло? Маргарет … Нет, нет, все нормально. У меня есть модель. Готовь вариант третий….Да…остальных отпусти…
Когда Натан услышал о третьем варианте, его бровь поползла вверх.
– Что это значит «вариант третий»? Вы же не банда извращенцев?
– Нет, мы не банда извращенцев, – рыжая едва давила смех. – Третий вариант, это значит, я сниму тебя между суккулентом и лилией импалой на фоне пустыни. И обещаю, больно не будет.
Вообще говоря, вариант номер три выбрала не Кора, несмотря на то, что обычно фон, как и моделей, оставляли на ее усмотрение. Однако, в этот раз заказчик настоял на вполне конкретной экспозиции, вплоть до деталей расположения кактуса и цветка.
***
Как старый шкипер, что улавливает в электрическом воздухе близкий шторм, Натан ощущал приближение глобальных перемен. Еще час назад он гадал о том, где ему предстоит ночевать, а сейчас уже без пяти минут настоящий богач.
Но не одни лишь деньги взволновали его душевные струны. В странной рыжей чувствовалась непонятная сила. Натан очень явственно улавливал от нее обволакивающие волны эмпатии или даже магии. Кора Ипсвич ощущала тоже самое в отношении красавчика, хотя и не до конца осознавала этого. Для нее было не свойственно так легко сходиться с незнакомцами, а она всю дорогу шутила и смеялась, как выпускница школы.
Мало кто знает, но люди, связанные роком, всегда ощущают некую глубокую связь между собой. Вы словно знакомы тысячу лет, даже если знаете друг друга всего пять минут.
Приближение перемен еще больше наполнило грудь Натана, когда на горизонте длинным серым чудовищем разросся мегаполис. Высокие дома, как острозубые скалы, хищно щерились на фоне синего неба. Издали засверкали длинные блики широководного Лайма. На берегу длинной черной полой показались одноэтажные лачуги нищеты, утыканные на каждом свободном участке неровного берега. Тем, кто в них жил, не оказалось места в Хоуп-сити , но каждый вечер и ночь он загорался для них на той стороне Лайма, как недостижимый рай.
***
Съемки проходили в шикарном павильоне в деловом квартале Кристи. Натан сразу попал в руки бойким шустрым женщинам, которые очень быстро говорили и без конца улыбались. Он оказался в одном зеркальном зале, после в другом. До слуха долетала скабрезная лесть, в глазах рябило от ужимок флирта. Натан будто нырнул в фруктовый коктейль из красивых и вкусно пахнущих женщин.
В гримерке его, как настоящую кинозвезду, нарядили в модный джинсовый костюм, надели ковбойскую шляпу, обули в высокие замшевые сапоги на каблуках. Наконец последний выход и вот он в зале, где свет от бесчисленных ламп заставляет жмурить глаза.
Кора поставила его между искусственными пустынными растениями, велела поднести руку туда-то, а потом повернутся так–то.
Щёлк-щёлк. Девять раз. Девять золотых кадров.
И вот он свободен.
Кора ждала его на стоянке, рядом с машиной. Когда он подошел к ней, она заговорила первой.
– Послушай, Натан, ты должен знать. Я фотографирую человека только один раз.
– О чем ты?
– Эти девять кадров будут лучшими в твоей жизни.
– Вот как!?
– Один из негативов я отдам заказчику. Остальные восемь я вышлю тебе. Сегодня же.
– Зачем? – Натан был совершенно сбит с толку.
– Потому, что они принадлежат тебе по праву. Я настаиваю, чтобы ты их взял. Они изменят всю твою жизнь. Поверь, я знаю.
Натан смотрел в зеркальные стекла солнцезащитных очков, пытаясь угадать выражение её глаз.
– Можно тебя попросить? – он показал жестом, чтобы она сняла очки.
Кора выполнила его просьбу. У неё были голубые глаза с холодной льдинкой во взоре. Точь-в-точь, как у него.
– Ты хочешь, чтобы я дал тебе свой адрес?
– Да, если тебе не трудно.
Кора снова надела очки и вытащила блокнот с карандашом.
***
30 августа, 2010 г., вечер
В домашней лаборатории Кора проявила плёнку, получив девять негативов. Пик «золотого кадра» приходился на четвертый снимок. Заказчику нужен был тот самый «золотой негатив». Кора аккуратно вырезала его ножницами, взялась пинцетом за краешек и вложила в корпоративный конверт. На этом её работа заканчивалась.
Из оставшихся негативов она сделала стандартные фотографии 9х12, которые запечатала уже в обычный конверт с адресом Натана.