Тем не менее, он швырнул полуночному другу пару банок пива, которые тот поймал с ловкостью циркача.
– Не… – Боб сходу вскрыл шипящий напиток. – Скорее наоборот, я тут скоро такое выдам! По-любому Фокс купят, да еще заключат контракт на написание сиквела, приквела и сериала на пять сезонов.
– Ага, конечно… – усмехнулся Натан по-дружески, откупоривая пиво. – Но ты явно выглядишь, как бомжара, у которого украли последнюю тележку. Выкладывай, что стряслось?
Боб отхлебнул из банки и только после ответил:
– Да, ты прав. Кое-что стряслось….Кажется….кажется, я набрел на нечто очень странное.
– Я не удивлен этим, Боб.
– Нет, ты не понял! – и тут глаза полуночного художника загорелись каким-то странным блеском, которого Натан в глубине души всегда боялся. Такой блеск бывает у сумасшедших. – Это …это…ты просто не поверишь!
– Говори уже.
– В город приехали чужие, – снова этот сумасшедший взгляд.
– Это Хоуп-сити! – поморщился Натан, расплескивая пиво откинутой в жесте рукой. – Сюда каждую секунду приезжают чужие. Не город, а паноптикум!
– Нет, это другие! – Боб опрокинул одним залпом остатки пива, смял банку и швырнул ее в пропасть, точно в мусорные контейнере в тупичке. – Мужчина и женщина, но они явно не пара, не супруги, понимаешь? Жутко странные. Арендовали офисный пентхауз в Струне, приехали недавно. Уборка там запрещена, ну и мне захотелось узнать, кто такие.
– И что?
– И ничего! Они там сидят и никого не принимают. Ты знаешь, сколько стоит снять этаж в таком небоскребе?
С этих слов Натан начал понимать, что случай действительно странный. Он попросил друга продолжать.
– Я … я. стал следить за ними. Каждый день они ездят на окраину со здоровенным черным ящиком…. Потом спускаются с ним в городскую канализацию и возвращаются обратно. И все.
– Что в ящике?
– Вот именно! Что в ящике! Я не знаю, что в ящике! Может, бомба или еще что.
– И ты хочешь узнать, что в ящике?
– А ты нет?
Натан замолчал, прихлебнул пива.
– Может быть, – наконец, сказал он. – Что ты предлагаешь?
– Как я сказал, каждый день они уезжают на городской коллектор. Я думаю, в офисах должны быть какие-то бумаги, документы. Если бы ты смог вскрыть дверь, пока они на выезде…
Натан надолго присосался к пиву, затем задумался.
– Скорее всего, там электронные замки, – произнес он после внушительной паузы.
– Это что, проблема?
Натан ответил, что ему нужно будет сходить к старому знакомому, знающему кое-что об электронных замках. Услышав это, Боб улыбнулся.
– Так ты согласен?
– Без проблем, Боб. К тому же у меня теперь куча свободного времени…
С этого момента разговор друзей принял иное направление, и Натан красочно рассказал о дневном происшествии с рыжей богатенькой пышечкой. По меркам улицы Кракен, да и всего королевства Форестери, Натан с десятью тысячами в кармане стал местным Ротшильдом. Каждое слово друга Боб ( так уж был устроен его мозг) автоматически переводил в голове в красочные рисунки, и хотя он никогда не видел Коры Ипсвич, девушка в его воображении имела удивительное сходство с оригиналом.
Ночь продолжалась бурными фантазиями балконных друзей о том, как Боб станет самым известным в мире автором комиксов. Затем они придумали с полсотни теорий заговоров по поводу черного ящика, возимого в черном лимузине в канализационные стоки.
К утру, пьяные скорее от разговоров, чем от пива, полуночники Кракен разработали план проникновения в цитадель. Боб пообещал раздобыть для друга униформу с пропуском, а Натан должен был явиться с магнитным ключом, способным открыть любую дверь.
В час, когда звезды на небе стали гаснуть одна за другой, они разошлись по домам. Это был последний их разговор в качестве балконных друзей. Очень скоро им предстояло встретиться на земле.
Для четвертого состава Большой инквизиции дело Коры Ипсвич стало последним. Срок вынесения приговора являлся простой формальностью. Затяжка объяснялась некоторыми тонкостями, необходимыми в ритуале подготовки палача. Зверя держали в особом платиновом ларце с тонкими вертикальными щелями по бокам. Откидная крышка клетки запиралась сложным механическим замком, который отпирался без всякой посторонней помощи спустя двое суток после произнесения обвинительного приговора.
Таким образом, голос Фреда Джонсона, который выносил обвинительное заключение, был ключом замедленного действия. Собственно в этом нет ничего удивительно, ведь из истории религиозных и паранормальных феноменов давно известно, что некоторые слова, сказанные вслух, обладают вполне себе реальным воздействием, как на само пространство-время, так и на объекты в него помещенные.
Как только страшный ларец открывался, опоссум Дуг выбирался наружу и сразу брал след объявленной жертвы. Палач находил её в любом месте, где бы она не пряталась, причем без всяких спутников и шпионских жучков. Зверя вела исключительно Божья рука, которая проявлялась для животного в специфичном запахе.