— Мы хотели отправить ее на костер, но она сбежала… Отвечай, монах, встречалась ли вам женщина?
— Нет. Опишите ее, ваша милость, дабы мы потуже перепоясали чресла и были начеку, буде злодейка нам повстречается.
— Хороша собой…
— Я не прочь, чтобы она и мне кое-что осалила! — объявил Нуткер, радостно потирая пах.
— Ради всего святого, помолчи, брат! — одернул его Дисмас. — Хвала Всевышнему, ваша милость, никаких женщин мы не встречали.
— Зовут Магдой. Волосы рыжие, целая копна. Кудрявая, вот как у этого… — Лотар показал на Дюрера.
— Рыжие? — Дисмас перекрестился в четвертый раз. — Вот она, дьявольская отметина.
— Ну и наконец, если она вам попадется, доставьте ее мне в Шрамберг. Я вас щедро награжу.
— Если она мне и попадется, то уж точно на конец! — выкрикнул Нуткер, и они с Унксом снова загоготали.
Это переполнило чашу терпения графа Лотара, который, как большинство знати, привык к подобострастию со стороны низших сословий.
— Прикуси язык, чернец! Иначе я тебе его вырву!
— А ты попробуй! — Нуткер высунул язык и похабно задвигал им туда-сюда.
— Брат! — сквозь зубы простонал Дисмас. — Оказывай должное уважение его милости…
— Взять его! — приказал Лотар своим спутникам.
Нуткер и Ункс навели на всадников аркебузы с шипящими фитилями. Всадники застыли в седлах.
Граф в бешенстве развернул коня и галопом поскакал к лесу. Остальные последовали за ним.
— Болваны, — сказал Дисмас Нуткеру и Унксу.
— Мы не любители лизать жопы Габсбургам! Это по твоей части.
Кунрат выступил из-за скалы, подошел к Нуткеру и тыльной стороной руки наотмашь хлестнул ему по роже.
Дисмас и Дюрер сидели у костра. Сон не шел. Дисмас глядел, как мерцающие искорки взмывают в ночное небо, к звездам, и танцуют над вершинами Альп, залитыми лунным светом.
На рассвете Дисмаса разбудили голоса.
Холод пробирал до костей. Костер прогорел, одеяло заиндевело. Чего это Нуткер разорался? Дисмас осторожно выглянул из-под одеяла, пытаясь определить источник шума. Нуткер силился вытащить что-то из потайного отсека повозки. Что это? Нога?! Да, нога. Отчаянно брыкающаяся голая нога. Женская.
— Ункс! Глянь, чего я поймал! — завопил Нуткер. — Живая! О-го-го какая здоровенная! Да помоги же мне, сволочь!
Ункс подключился к странной возне и ухватил вторую ногу. Оба ландскнехта тянули изо всех сил. Ноги отчаянно лягались.
Полузамерзшими мозгами Дисмас пытался уяснить смысл происходящего. Обледенелые извилины понемногу восстанавливали события прошедшей ночи.
— Ну, дружно! Раз, два, три!
Ландскнехты уперлись сапогами в колеса повозки и дернули. Сопротивляющийся трофей выскользнул из потайного отсека, глухо стукнул о землю и задергался, будто лосось на крючке.
— Спокойно, спокойно! — приговаривал Кунрат, удерживая добычу, которая теперь отбивалась кулаками. — О как! Живая! Черт, она меня укусила! — Он резко пихнул коленом. — Да успокойся ты, не то поколочу!
На земле, тяжело дыша и сжимая кулаки, лежала девушка.
Дисмас подошел, оттолкнул от нее ландскнехтов.
Женщина. Молодая, миловидная, с копной рыжих кудрей. Вот черт! Она испуганно, но вызывающе глядела на захватчиков.
— Тебя зовут Магда? — спросил Дисмас.
Она не ответила.
— Она самая и есть, — заявил Кунрат, сплюнул и обнажил меч.
Дисмас удержал его руку:
— Я все улажу. Нуткер, Ункс, займитесь костром. Грузите повозку. И пошевеливайтесь! Вот молодцы…
Дисмас смотрел на девушку. Даже чумазая, она и впрямь была хороша собой. Кудри как у Дюрера, только перемазанные сосновой смолой. Смотрит затравленно, измученно. Отчаянно.
— Что ты делала в повозке?
— Пряталась. А ты что подумал?
«Она еще и дерзит», — отметил про себя Дисмас.
Поразмыслив, он помог ей подняться.
— Значит, ты Магда?
— Да.
Кунрат отпрянул и снова выхватил клинок. Похоже, ландскнехт верил в ведьм.
— Уходи, — сказал ей Дисмас. — Ступай отсюда.
Она не двигалась.
— Ты ее отпускаешь? — изумился Кунрат.
— Иди, иди, — повторил Дисмас.
Она стояла неподвижно.
— А как же вознаграждение? — спросил Кунрат. — Нам обещали щедро заплатить!
— У нас впереди долгий путь. Наша задача не в том, чтобы ловить ведьм за вознаграждение.
— Ее нельзя отпускать, — возразил Кунрат.
— А она никуда и не торопится. — Дисмас снова посмотрел на девушку. — Ступай отсюда, кому говорят!
Она даже не шевельнулась.
— Если останешься, эти типы тебя убьют, — шепнул он ей.
Она вздрогнула, умоляюще глядя на него.
— Изголодалась, наверное? — спросил Дисмас.
Она кивнула.
— Позавтракаешь с нами. А потом вали отсюда.
Тем временем все ландскнехты обнажили мечи.
— С ведьмами связываться — последнее дело, — заявил Кунрат.
— Я все улажу, — повторил Дисмас. — Сначала ее надо накормить. А потом пусть садится на помело и улетает. — Он повернулся к девушке. — Дай слово, что, если тебя накормят, ты не станешь превращать этих троих в пауков или еще в каких гадов. — Он презрительно взглянул на ландскнехта. — Ну что, доволен?
Кунрат зашептался с Нуткером и Унксом. Дюрер раздувал вчерашние угли. Вскоре костер запылал.
— Садись, — сказал Дисмас девушке.
